Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 43 – Дия Семина

Пришлось немного поклониться и, кажется, я промахнулась, мой поклон пришёлся не в ту сторону.

— Елизавета Васильевна Ложкина, внучатая племянница Клавдии Филипповны. И моя помощница Ефросинья, не смеем вас задерживать, у нас тоже неотложные дела. До свидания.

— Кхм, всего хорошего, барышни, простите, что мои собаки вас испугали…

Я уже подхватила под руку Фросю, и она очень деликатно развернула меня в нужном направлении, а то я чуть было не врезалась в коня, от него запах ядрёный, и я потерялась в пространстве, из-за яркого солнца не смогла заметить препятствие, а потом поняла, конь — белый!

— Простите вы, что мой петух напугал ваших псов! Эй, Петя, ты где, пойдём! — крикнула и тут же услышала ворчливое кудахтанье, он, видите ли, делам занимался, в траве что-то искал. Но стоило нам пойти по дороге, мгновенно догнал и поспешил следом, как привязанный.

— Вот те номер! Удивительное дело, — послышалось вслед, и Сумской уехал в сторону поместья.

— Красавчик! Надо же, наш-то барин думал, что он тут один весь из себя. Ан нет! — Фрося не выдержала и вставила свою ремарку, вдали от дома, запрет на сплетни теряет силу, и она позволила себе с женской практичностью оценить достоинства молодого охотника.

— А мой жених? Как он тебе.

— Тот, что уехал без вас?

— У меня другого нет, не было. Я почти не помню его лица, столько времени прошло. Странно, что он вообще приехал за мной.

— Красивый, франтоватый, из тех мужчин, что за модами следят. Может быть, и к лучшему, что вы ему отказали. Этот, Сумкской-то очень хорош, присмотритесь, вы тоже барыня, если зрение вернётся, то что же не попробовать. Уж он на вас так смотрел, так смотрел.

— Фу на тебя, Фрося, скажешь тоже. Он просто удивился, что я осталась в доме с чужими людьми, а мне идти некуда. Дом продали, денег нет, да и сирота я. Так что…

— Да уж, и всё же если он начнёт ухаживать, не фыркайте, знаете, любовь — дело такое, а вдруг он из тех мужчин, для кого душа важнее, и ему будет неважно, слепая вы или глухая.

— Фрося, лишнего болтаешь! — чуть более резко осаживаю её.

— Это я так, разговор поддержать. Но Пётр Петрович наш, ух, как! Вы бы видели, бедные псы, с визгом умчались. Не вернуться, даже за костью.

Я не сразу уловила момент, кто такой Пётр Петрович, а потом, как поняла и рассмеялась снова.

— И поделом! Наш Пётр Петрович стоит целой своры собак. Ой, слышу ручей, мы пришли? — наконец я услышала весёлое журчание источника. Даже без зрения я ощущаю, насколько здесь хорошо и благостно. Умылась несколько раз и начала представлять, что вода мою болезнь растворяет и смывает, как засохшую грязь. С местной медициной я смею рассчитывать только на чудо.

Поместье Кретовых.

— Ваша Милость, позвольте-с, к вам гость. Помещик Максим Николаевич Сумской, говорит, с визитом вежливости пожаловали-с! — заспанный лакей из всех сил пытается создать бодрый вид, но деревенский покой, тёплая погода и тишина не позволили ему как следует очнуться. Впрочем, как и самому хозяину, читал скучнейшую книгу, да и задремал в библиотеке. Проснулся, потянулся, отложил пыльный томик и сел, не находя в себе душевных сил принимать гостя, но отказывать нельзя. Один раз откажешь, и больше никто не приедет:

— Ох, так не вовремя! Но не помню поблизости поместья Сумских, видать, человек издалека приехал. Некрасиво заставлять гостя ждать. Пригласи в гостиную, вели подать чаю, а я сейчас умоюсь и выйду.