Книга Катакомбы Парижа, страница 45 – Джереми Бейтс

— Лорд Волан-де-Морт?^[54]

— Не валяй дурака… Волан-де-Морт — англичанин, а не француз.

— Лично я не думаю, что нам стоит беспокоиться насчет Нарисованного Дьявола, — отозвался я. — Ему удалось ограбить нас только потому, что он застал нас врасплох. Больше этот номер у него не пройдет.

— Ты ведь не знаешь этого наверняка. Мы уязвили его самолюбие. Ему пришлось удирать. И, возможно, он захочет как-то отомстить.

Я не стал с ней спорить — мне было совершенно без разницы, посетим мы упомянутые пещеры или же нет. По завершении сборов мы вместе с дайверами дошли до одного из выходов с Пляжа, оказавшегося всего лишь узкой щелью между потолком и круто поднимающимся полом.

Вообще-то, клаустрофобии я не подвержен, однако при виде бреши у меня засосало под ложечкой.

— И нам придется здесь пролезать? — на всякий случай уточнил я.

— Мы называем эту щель «chatière» — «кошачий лаз», — сообщила Даниэль.

Название показалось мне более чем уместным, поскольку на вид здесь могли пробраться разве что одомашненные представители семейства кошачьих.

Дайверы пошли первыми. Ранее, кстати, они представились своими катакомбными кличками: мужика звали Зеро, костлявого паренька — Шев (Даниэль пояснила, что имя означает «козел»), а Дредастого — Ситерн («танк»). Касательно последнего я все же предпочел прозвище, что мысленно дал ему ранее сам, и про себя так и продолжал его называть.

Дредастый поднялся по склону к потолку, сунул сдвоенный баллон и ремни в дыру, а затем заполз и сам. За ним последовал Зеро, а потом и Козел.

— На самом деле, не так страшно, как кажется, — заверила меня Даниэль, пока мы восходили к лазу. — Сначала просовываешь руки, а потом вихляешь бедрами, чтобы ползти. — Для наглядности она покачала задницей. — Просто двигай за мной.

Наверху девушка без колебаний скользнула в щель. С ее-то стройной фигуркой у нее по бокам оставалось достаточно пространства для маневров. Я заглянул в дыру, но только и различил, что мелькавшие из стороны в сторону подошвы ее ботфорт.

— Давай, пошел, тряпка! — завопил снизу Роб.

— Ага, ага, — буркнул я, залез по плечи в дыру, но вдруг решил, а ну его к черту, и по-крабьи развернулся ногами вперед.

— Нет-нет-нет, — зашелся Паскаль. — Так нельзя!

Я поспешно протиснулся в узкую щель. От выгоревшего адреналина у меня трещала башка, и мне было совершенно не до поучений француза.

Стены и потолок наглухо сомкнулись вокруг меня, я упер пятки в пол лаза и подтащил тело вперед, волоча за собой рюкзак. Через минуту подобных упражнений, стоивших мне немалых сил, я остановился и задумался, не вернуться ли назад и не начать ли сначала, головой вперед, по-пластунски. Однако следом за мной уже забрался Роб, так что путь назад оказался заблокирован. Он захихикал в своей обычной манере, будто воспринимал перемещение по «кошачьему лазу» легкой прогулкой, и подогнал меня:

— Давай шевелись, ты, гном-переросток!

— На спине я не могу быстро двигаться.

— Так какого хрена ты не послушал Паскаля? Башкой вперед! Это ж, бля, тебе не водная горка.

Я продолжил подтягивать себя ногами, однако легче не становилось. Пролаз как будто даже сужался, ограничивая меня в маневренности.

Вдруг ступни мои уперлись в камень. Тупик?! Я принялся ощупывать ногами и обнаружил, что шахта забирает вправо.