Книга Ссылка для двоих: спасти душу демона, страница 20 – Марьяша Ришелье

— Костя, — сонно бормочет она.

— М?

— Ты роллы закажешь?

— Завтра.

— И пиццу?

— И пиццу.

— И лимонад?

— И лимонад.

— И душу курьера?

— Только если опоздает.

Она удовлетворённо вздыхает и проваливается в сон.

Я лежу, слушаю её дыхание и улыбаюсь.

Бар «Нечистый котел». Две недели спустя.

Я вернулась.

Это были самые длинные две недели в моей жизни. Больница, койка, капельницы, бульон, который Костя пытался скормить мне под видом «лекарства». К концу второй недели я готова была убивать. Любого. Даже Кику с её дизайнерскими корягами.

Поэтому, когда я вхожу в бар, Пес первым делом прячется в подсобку. Умный пёс.

— О! Наша героиня! — Кика вылетает из-за стойки с телефоном наперевес. — Доми, ты как? Дай фото для блога? Подписчики волнуются, я писала, что ты болеешь, но они хотят подтверждение...

— Кика, если ты сейчас сунешь мне в лицо телефон, я его съем.

— Шучу-шучу, — она убирает телефон. — Кофе будешь?

— Литр. И что-нибудь покрепче.

— Врачи сказали...

— Кика.

— Молчу.

Я прохожу за стойку, привычным движением поправляя волосы. В баре почти пусто — только Тихон с Глашей сидят в углу и, кажется, снова ссорятся. Сегодня тема: Глаша хочет купить новый светильник в стиле лофт, Тихон предлагает вырастить светящийся мох на потолке. Это дешевле, но Глаша говорит, что «лофт с мхом не сочетается».

Смертная тоска.

Я наливаю себе кофе, добавляю виски из-под полы, делаю глоток и чувствую, как мир потихоньку возвращается в норму.

И тут дверь открывается.

Входят они.

Трое.

Мужчина, женщина и подросток.

Выглядят... ну, скажем так, свеженькими. В прямом смысле. Кожа зеленоватого оттенка, глаза мутные, двигаются с лёгкой задержкой, будто сигналы от мозга до конечностей идут по плохой связи. Одежда — разношенная, с дырками, но чистая. Стирают, видимо.

Зомби.

Семейство зомби.

Мать поправляет съехавшую набок челюсть, отец держит за руку сына, который вертит головой по сторонам с искренним детским любопытством. Судя по запаху — свежие. Месяца два, не больше. Ещё не разложились окончательно.

— Добрый вечер, — говорит отец. Голос скрипучий, как несмазанная дверь. — У вас тут... бар?

— Бар, — подтверждаю я. — Заходите, не стесняйтесь.

Они подходят к стойке. Медленно, осторожно, будто боятся рассыпаться. Сын таращится на бутылки, мать нервно теребит край кофты (кофта, кстати, симпатичная, HM, новая, видимо, сняла с кого-то недавно).

— Мы недавно в городе, — объясняет отец. — Переехали. Ищем места, где... ну, где принимают наших.

— Принимаем, — киваю я. — У нас тут все свои. Что будете?

Они переглядываются.

— Понимаете, — мать наклоняется ближе и понижает голос. — У нас проблема. Сын... — она кивает на подростка, который уже пытается открыть бутылку зубами. — Ему нужно питаться. А в обычных местах... ну, вы понимаете... на нас косо смотрят.

— Конечно, — я понимаю. Зомби — народ неприхотливый, но жрут специфически. — Что именно нужно?

— Мозги, — просто говорит отец. — Желательно свежие. Но можно и заморозку.

Я задумываюсь. Мозги у нас в баре не в ходу. Обычная клиентура — лешие, оборотни, пара упырей захаживает. Но специально для зомби...

— Есть идея, — говорю я. — Слушайте. Мы можем сделать акцию. По вторникам, допустим, мозги по скидке. Свежие, проверенные, от надёжных поставщиков.