Книга Его собственность. Контракт на год, страница 34 – Евгения Зимина

В час дня повар пригласил на обед: запеченный лосось с хрустящей кожицей на подушке из киноа с овощами и зеленым салатом.

После обеда — следующий сюрприз. На планшете появился доступ в специальную, закрытую образовательную платформу. Логин и пароль были опять же привязаны к ее дате рождения. В ее «личном кабинете» был уже выбран и оплачен курс «Основы корпоративных финансов и управления рисками» от ведущего бизнес-университета. Софья запустила первую лекцию. Профессор с экрана говорил четко и увлекательно. Она делала заметки в том же блокноте, что использовала для анализа.

В три пришел Глеб. Тренировка тоже изменилась. Не было прежнего бездумного изматывания. Теперь четко работали над техникой, над укреплением конкретных групп мышц. Даже Глеб, казалось, получил новые инструкции.

Свободное время с четырех до шести… Она растерялась. Что делать? Она прошлась по пентхаусу, подошла к панорамным окнам. Потом вернулась в свою комнату и достала из-под половицы блокнот с рисунками. Она села у окна и просто смотрела на город, на редкие весенние лучи, пробивавшиеся сквозь тучи. Без спешки. Без страха, что ее застанут за «бездельем». Это было странно и непривычно.

Вечером, после ужина, творожной запеканки с вишней, которая таяла во рту, она вернулась в кабинет, чтобы дочитать документы в папке.

И вот наступил час, помеченный в расписании как «Свободное время».

Она вновь взяла в руки телефон. Уселась на диван, и стала листать ленту новостей. Вот оно. Ткнула в заголовок, чтобы открыть:

«Бизнес-ангел спасает детский дом. Таинственный инвестор выкупает здание под соципотечный проект».

В статье не было имени. Только туманные намёки на «структуры, близкие к холдингу Долгова». Условия — сохранение профиля учреждения, полное финансирование на пять лет вперед, ремонт.

Он сделал это. Несмотря на всё. Несмотря на свою ненависть, на свою философию «выжигания гнили». Он сделал это.

Софья еще раз перечитала короткую статью. Слова «таинственный инвестор» и «сохранение профиля» отзывались в ней тихим, почти невероятным облегчением. Он не просто кинул деньги, чтобы заткнуть дыру. Он дал гарантии. Это был поступок. Не расчет, не пиар — действие, идущее вразрез со всей его циничной философией.

И этой ночью она рисовала не его лицо. Вместо этого она начала рисовать эскиз. Здание. Старое, кирпичное, но прочное. С большими окнами. Во дворе — качели. На окнах — новые, яркие занавески. Это был не конкретный детский дом. Это был образ. Образ места, которое спасено. Она рисовала тщательно, с каким-то новым чувством — не бегства от реальности, а попытки ее осмыслить и зафиксировать.

Перед сном она взяла телефон. Открыла окно нового сообщения. Набрала его номер. Долго смотрела на пустой экран. Потом набрала два слова: «Спасибо за завтрак.»

Она не ждала ответа. И не получила его. Но, ложась спать, она чувствовала, что сегодняшний день провела не как пленница. А как человек, с которым заключили новое, еще не понятное соглашение. И главным условием этого соглашения, похоже, было ее собственное развитие. Куда это вело — она не знала. Но путь перестал напоминать дорогу к эшафоту.

Неделя по новому расписанию пролетела на удивление быстро. Она закончила первый модуль онлайн-курса, и её конспекты были настолько подробны и структурированы, что она сама себе удивлялась. Отчёт по «Сибирь-Лес» она всё же сдала. Он никак не прокомментировал.