Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 104 – Аля Герм

Она затаила дыхание. Свет влился в неё — не магией, а тяжестью, как вода в лёгкие. Она увидела: битву у Скальных Порогов — лёд на клинках, пар изо рта, крик командира. Погребальный костёр — пепел в глазах, рука матери на плече. Клятву у дуба — пальцы, сжавшие ладонь, слово, данное в тишине.

Дагорн не двинулся. Но его ладонь легла ей на плечо — твердо, без дрожи. Когда она открыла глаза, он просто сказал:

— Теперь мы знаем, что защищаем.

Хассиян отступил к теням, свистнул — коротко, резко, как тот, кто зовёт стражу. Из угла пещеры вышли фигуры — не люди, не призраки, а движение, дышащая тьма. Они встали у выхода, плечом к плечу, головы опущены.

— Идите, — сказал Хассиян. — Я их задержу.

Ниса кивнула, взяла Дагорна за руку, пошла к тоннелю. Он не оглянулся. Она — тоже.

А Хассиян остался, руки в карманах, взгляд — на уходящих. Он не молился. Он ждал, когда первый враг войдёт в пещеру, чтобы показать ему, что такое настоящая тьма.

Тоннель вверх был узким, вырезанным в живой скале, и стены потели от подземной влаги. Ниса шла впереди, пальцы впивались в шероховатую поверхность — не для опоры, а чтобы чувствовать пульс камня. Дагорн следовал за ней, не касаясь, но держа руку на эфесе, готовый выхватить меч при первом же звуке. Воздух становился суше, пахло пылью и ветром, как перед грозой.

Через час подъёма тоннель вывел их к расщелине в скале. За ней — утро над Драконьими горами: небо розовое, вершины покрыты инеем, долина — тиха, как будто мир не знал, что через два часа здесь начнётся битва.

— Мы вовремя, — сказала Ниса, присев на корточки, вытянув шею, чтобы лучше видеть. — Волард ещё не у Порогов.

Дагорн опустился рядом, вынул из-за пазухи кожаный мешок — не еду, а карту, вычерченную углём на пергаменте. Он развернул её, провёл пальцем по линиям:

— Здесь, у Скального Порога, — узкое место. Если мы поднимем камень с этого уступа, он засыплет дорогу. Армия Воларда остановится.

— А если он пойдёт по верху? — спросила она, указывая на гребень.

— Там ветер. Его магия — лёд. Ветер развеет её. Он пойдёт по низу.

Она кивнула, встала, осмотрела склон. Её глаза — не искали укрытие, а выбирали место для удара. Она заметила уступ — высокий, нависающий, покрытый трещинами. Идеальный.

— Там, — сказала она. — Я поднимусь. Ты — внизу. Когда они подойдут — я создам «островок». Не большой. Точно в том месте, где залегла трещина. Лёд растает. Камень рухнет.

— Тебя увидят, — возразил он. — Ты будешь одна.

— Я не одна, — ответила она, посмотрев на него. — Ты будешь внизу. Ты — мои глаза.

Он молчал. Потом достал из сумки верёвку, крепкую, смолёную, обмотал один конец вокруг её пояса.

— Если трещина пойдёт не туда — я тебя вытащу, — сказал он. — Быстро. Не спорь.

Она улыбнулась — не губами, а взглядом.

— Я знаю.

Они поднялись на склон. Ниса — вверх, лапки за выступы, пальцы в кровь, но быстро, как тот, кто лазал по стенам в детстве. Дагорн — вниз, к узкому месту дороги, лёг за камень, вынул меч, проверил лезвие.

Внизу, в долине, показалась пыль. Не одна. Целая полоса. Армия Воларда шла. Ниса легла на уступ, прижала ладонь к камню, закрыла глаза. Она не молилась. Она слушала — пульс земли, дыхание ветра, треск льда в чужих доспехах. И ждать. Потому что битва начинается не с крика. Она начинается с тишины.