Книга Укрощение строптивого ректора, страница 25 – Леон Монтан

— Это же форменный геноцид мужского организма! — возмущалась я, расхаживая по своей кафедре перед началом практического занятия у третьего и четвёртого курсов. — Мало того что в подземельях шастает какая-то хрень и высасывает пацанов через соломинку, так наш лорд громовержец ещё и морит их голодом! Откуда ж у них возьмётся плотность защитного поля, если в желудке только грустная овсянка булькает?!

— Полностью поддерживаю, хозяйка! — мрачно буркнул с каминной полки Бегемот, напяливший на драное ухо белоснежный накрахмаленный поварской колпак. — Я сегодня утром сунул нос на их пищеблок. У тамошнего повара-гнома в котле с похлёбкой ложка стоит не потому, что наваристо, а потому, что приклеилась намертво! Я от одного запаха чуть третью жизнь из девяти не потерял!

— Решено! — я решительно хлопнула ладонью по дубовому столу. — Раз ректор засекретил угрозу, мы проведём скрытую вакцинацию личного состава. Сегодня по расписанию практикум: «Экстренное восстановление и сверхконцентрация магического ядра в полевых условиях». Игнатий, выкатывай главный калибр!

Призрак старого интенданта радостно козырнул и со скрежетом выкатил из подсобки пятивёдерный медный котёл на кованой треноге, покрытый старинными рунами долговременного томления.

Я же тем временем скинула верхнюю мантию, оставшись в тёмно-зелёном платье с коротким рукавом, поверх которого повязала кокетливый белоснежный фартучек с кружевными оборками. Фартучек был крошечным, чисто символическим, зато его тугие завязки на талии и груди так аппетитно подчёркивали все мои округлости, что призрак Игнатий от волнения трижды пролетел сквозь стену.

Когда в аудиторию, еле волоча ноги после трехчасового марш-броска под дождём, ввалился сводный поток старшекурсников во главе с уже знакомым мне Дорианом Хоуком, в центре зала вовсю кипела работа.

Под медным котлом гудел не простой огонь, а ведьмин жар на сухих яблоневых дровах и шишках горного можжевельника.

— Профессор Вейн… — простонал Дориан Хоук. — Только не говорите, что мы снова будем отбивать фаерболы в прыжке… У нас после ректорского полигона даже пальцы не сгибаются, резерв на нуле, в животах маршируют орки…

— Отставить упадничество, сержант Хоук! — скомандовала я, взмахнув огромным серебряным половником. — Какой дурак воюет на пустой желудок?! Бытовая магия учит нас: сытый маг — непобедимый маг! Поэтому сегодня мы с вами варим древнее стратегическое зелье высшей категории допуска — «Боевой борщ берсерка» на мозговой косточке!

По аудитории пронёсся глухой, синхронный стон тридцати мужских глоток.

— Б-борщ?.. — полушёпотом переспросил двухметровый детина из заднего ряда, и в его глазах блеснула скупая мужская слеза. — Настоящий? С мясом?! Не из брюквы?!

— Брюкву оставим врагам империи! — гордо заявила я и приступила к священнодействию.

Ох, это была не просто готовка — это была симфония старой ведьминой ворожбы!

В кипящий, золотистый, прозрачный как слеза бульон из грудинки горного быка, который томился с самого рассвета, полетела нашинкованная тончайшей соломкой багровая свёкла, выращенная на перекрёстке силовых линий и пассированная на топлёном сливочном масле с каплей яблочного уксуса. Вода в котле мгновенно окрасилась в густой рубиновый цвет, заискрившись тёплыми золотыми рунами сытости.