Книга Укрощение строптивого ректора, страница 12 – Леон Монтан

— Следующий блин комом, — ласково резюмировала я, сдувая пылинку с края сковородки.

Хоук с тихим стоном осел на пол, держась за гудящий лоб.

Но элитный курс не зря считался самым буйным в академии. Дружки пироманта, решив, что брать ведьму надо числом, дружно взревели и вскочили с мест. В воздухе разом заискрили полтора десятка боевых плетений — от ветряных плетей до каменных копий.

— Наших бьют! Вяжи ведьму, парни, всех не пережарит!

— Ох, мужчины… — тяжело вздохнула я, вешая сковородку обратно на пояс. — Никакого уважения к чужому труду. Игнатий, воду не жалей!

Я взмахнула обеими руками, словно дирижируя оркестром, и резко свела пальцы в фигуру «Деревенская баня».

Оцинкованное ведро у кафедры взмыло под потолок, опрокидываясь в полёте, а двадцать пять серых, грубых, напитанных мылом половых тряпок выстрелили из него, как стая разъярённых пираний!

Началось побоище, которое не снилось ни одному военному тактику империи.

Боевые маги готовились отражать проклятия, огненные штормы и некротические лучи. Но в уставе Магнуса Дарка не было ни единой строчки о том, что делать, когда тебе в открытый для чтения заклинания рот со всего маху влетает мокрая, мыльная половая тряпка!

— Фу-у-у! Мх-мх-мх! — первый же отличник боевой магии рухнул на колени, отплёвываясь от мыльных пузырей.

Вторая тряпка со свистом скрутилась жгутом и с оглушительным, сочным щелчком прилетела по обтянутой мундирными брюками заднице здоровенного верзилы во втором ряду. Верзила взвизгнул совсем не по-уставному, подпрыгнул на метр и тут же получил мокрым узлом под коленки.

В аудитории стоял визг, грохот падающих тел, свист мокрой мешковины и звонкие, ритмичные шлепки. Мои тряпочки работали на совесть: одним они скручивали руки за спиной в морской узел, другим завязывали сапоги бантиком, а самых крикливых укладывали поперёк дубовых скамеек и методично, с оттяжкой воспитывали пониже спины, выбивая из кадетских задниц всю спесь вместе с пылью!

— Левее бери! Вон того рыжего у окна пропустила, он щит пытается ставить! — азартно орал с шкафа Бегемот, размахивая лапой. — Опа! Есть пробитие по ягодичному сектору! Красота!

Через три минуты всё было кончено.

Двадцать пять лучших старшекурсников «Грозового пика» лежали на сияющем, начищенном до зеркального блеска полу в самых живописных позах. Связанные по рукам и ногам суровыми половыми тряпками, умытые до скрипа, с мыльной пеной на ушах и пылающими от праведной порки чреслами. При малейшей попытке кого-нибудь из них дёрнуться или выругаться, дежурная тряпка у его носа угрожающе скручивалась в тугой жгут и заносилась для нового удара.

В аудитории повисла благостная тишина, нарушаемая лишь тихим поскуливанием поверженной элиты и потрескиванием дров в камине.

Я поправила выбившуюся прядь волос, взяла со стола деревянную указку и с самой милой улыбкой постучала ею по доске:

— Итак, мальчики, раз уж мы все успокоились и приняли горизонтальное положение для лучшего усвоения материала, запишем тему первого урока: «Уязвимость стандартных магических щитов перед мокрой ветошью и базовые принципы вежливости». Вопросы есть?

Никто не пикнул. Дориан Хоук с мыльным пузырём на кончике закопчённого носа судорожно замотал головой.

Ровно в эту секунду в коридоре раздались тяжёлые, чеканные шаги, дверная ручка заискрила синим пламенем.