Книга Атлас. История Па Солта, страница 278 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Пожалуй, Тигги тоже догадалась о происходящем. Однажды я заметил, как она смотрит на живот Майи. Из-за «ангины» нам не дозволялось подходить слишком близко, но Тигги была способна все разглядеть даже с расстояния в несколько метров.

Однажды вечером, когда Майя находилась на шестом месяце беременности, Марина сообщила мне, что Майя приняла решение о будущем ребенка.

— Она хочет отдать ребенка в приемную семью.

Я не знал, что сказать по этому поводу.

— Она на самом деле этого хочет? Потому что если она принимает такое решение из чувства вины или стыда, то мне придется вмешаться в это дело.

Марина кивнула.

— Она действительно этого хочет, Атлас. От всей души. Она не верит, что готова быть матерью, и считает, что о ее ребенке лучше позаботится кто-то другой. По ее словам, она много думала о решении своей матери. Благодаря этому выбору она обрела такого отца, как вы.

Я качал головой, словно никак не мог поверить в происходящее.

— Какая трагедия. Ужасная, ужасная трагедия.

Ма обняла меня.

— Знаю, chéri. Но, если отвлечься от ужаса, вы можете гордиться своей дочерью. Она оказалась храбрее и выносливее, чем я думала. Поразительная девушка.

— Да, – согласился я. – Но если перейти к практическим вещам, то Георгу принадлежит решающее слово, где придется разместить ребенка Майи. Надеюсь, он даже сможет организовать передачу его такой семье, которая будет любить… моего внука и заботиться о нем. – Слово «внук» пронзило мое сердце. – Ведь он, несмотря ни на что, будет моим внуком. Мы должны гарантировать ему наилучшую жизнь.

— Мы так и сделаем, Атлас.

— Я переведу тебе несколько тысяч франков. Пожалуйста, предложи Майе оплатить роды в любой клинике. Как обычно, деньги не проблема.

Ребенок родился через три месяца в частной женевской клинике, и Марина сопровождала Майю на каждом шагу. Без ведома остальных я плотно работал с Георгом, чтобы приемная семья могла обеспечить мальчику любовь и заботу. Надеюсь, что Клара Хейл могла бы гордиться мною.

В течение трех недель после родов я не встречался с моей дочерью и с Мариной под предлогом того, что они отправились в развлекательную поездку после долгой «ангины». Когда Майя наконец вернулась на берега Атлантиса, мне было непонятно, знает ли она о том, что я посвящен в происходящее. Почему-то мне кажется, что она знает.

— Теперь я достаточно здорова, чтобы вернуться в университет, Па. Я чувствую себя гораздо лучше.

— Это прекрасная новость, Майя. Но возвращайся только тогда, когда будешь готова. Павильон всегда будет ожидать тебя, как только он тебе понадобится.

— Спасибо, Па Солт. Я люблю тебя.

— Но не так сильно, как я люблю тебя, малышка.

Июнь 2008 года

53

— Боже мой, он все знал! – воскликнула Майя, когда последние страницы дневника упали на пол ее каюты.

— О чем он знал, Майя? – озадаченно спросил Флориано.

— О моем ребенке, которого я отдала. О ребенке от Зеда Эсзу.

Майя увидела, как Флориано непроизвольно напрягся при упоминании о Зеде. Она не винила его. Когда она впервые рассказала Флориано о своем прошлом, он был очень нежным и понимающим собеседником. Но последние несколько дней добавили массу нового к прошлым событиям.

— Мне очень жаль, дорогая Майя. – Он привлек ее к себе.

— Если оглянуться назад, все это выглядит очень глупо. Все эти месяцы, когда я пряталась в Павильоне и делала вид, что болею ангиной. Разумеется, он знал.