Книга Развод. Ты назвал нашего сына чужим, страница 16 – Ева Найт

— Что именно ты собираешься узнать? Биологию или разрешение любить? — спрашиваю я.

— Не передёргивай, — отзывается он.

— Это ты девятнадцать лет называл его сыном. Ты учил его чертить, возил к врачам, ругался за первую двойку, сидел всю ночь возле больницы, когда ему вырезали аппендикс. И теперь тебе понадобилось разрешение лаборатории даже для телефонного разговора.

Кирилл опускается на стул. В той больнице он провёл ночь рядом с сыном и утром принёс ему альбом про самые красивые здания мира.

— Если результат подтвердится, я всё равно не вычеркну его, — говорит он тише. — Но мне нужно будет понять, как дальше.

— Ты уже начал вычёркивать, — отвечаю я.

— Я взял паузу, — упрямится он.

— Для тебя пауза. Для него — отец, который вчера обещал первый ряд, а сегодня не отвечает.

Кирилл закрывает лицо ладонями и проводит ими вниз. Мне хочется подойти, привычно положить руку ему на плечо. Я остаюсь на месте. Если сейчас утешу, через час он снова назовёт свою панику доказательством.

— Я не умею ждать, — признаётся муж. — Когда решение зависит от меня, я хотя бы понимаю, что делать утром.

— Значит, ты боишься, что у тебя отнимут брак, и поэтому сам выбрасываешь его первым.

Он не спорит. Мне хватает этого ответа.

— Мне сорок три, — продолжает Кирилл. — Я не хочу однажды узнать, что вся моя семья существовала потому, что мне врали удачнее, чем другим.

— А мне сорок. Я не хочу узнать, что мужчина рядом при первом чужом обвинении назначит меня виновной. Похоже, сегодня узнаю, — отвечаю я.

— Я не называл тебя виновной, — возражает Кирилл.

— Ты запускаешь развод. Формулировка аккуратнее, смысл тот же, — говорю я.

Он открывает папку. На листе с жёлтыми пометками адвоката написано: «семейные отношения фактически прекращены». Вчера вечером мы ещё были семьёй. Сегодня всё объявлено законченным чужим шрифтом.

— Когда ты успел передать ему документы? — спрашиваю я.

— Утром. Антон нашёл контакты, — отвечает Кирилл.

Имя брата царапает слух. Антон достал образец, лабораторию, теперь адвоката. Он двигается рядом с Кириллом быстро и полезно, пока я предлагаю только ждать.

— Конечно, нашёл, — выдыхаю я.

— Что это значит? — Кирилл настораживается.

— Пока ничего. Придумывать факты, как вы, я не стану. Но замечать совпадения могу, — отвечаю я.

Кирилл захлопывает папку.

— Антон пытается помочь, — говорит муж.

— Я вижу. А ты позволяешь ему решать, какой будет помощь, — отвечаю я.

— Решение о разводе моё, — отрезает он.

— Запомни эту фразу. Если в пятницу выяснится, что ты ошибся, не говори, что тебя вынудили Олег, бумага или страх. Решение твоё.

Отговаривать его бессмысленно. Я достаю копии семейных документов и кладу рядом.

— Здесь копии семейных документов. Оригиналы получишь через адвоката. Можешь делить имущество, раз тебе так спокойнее. Но у меня есть условие, — говорю я.

— Какое?

— Максим не участвует в нашем разводе. Ты не рассказываешь ему про Олега и этот тест до результата, не срываешь конкурс, не трогаешь учёбу и работу, — перечисляю я.

— Я и не собирался, — отвечает Кирилл.

— Тогда скажи: «Я не трону Максима».

Кирилл смотрит на телефон, лежащий возле его локтя. Экран вспыхивает: звонит Антон. Муж сбрасывает вызов, но обещания не произносит.

— Кирилл? — Я не позволяю ему промолчать.