Книга После развода. ( Не) Надейся вернуться, страница 25 – София Брайт

— К какой работе? — меня буквально трясет от злости и страха.

— Ну, как же! Мы все с вашим мужем обсудили, договор подписали.

— Но у меня нет мужа…

Мои слова повисают в утреннем воздухе. У меня действительно больше нет мужа. Но у этих людей, кажется, иные сведения.

Старший из них — бригадир, судя по уверенному виду, — отрывает взгляд от плана и смотрит на меня с вежливым недоумением.

— Глеб Аркадьевич. Ваш муж. Он неделю назад подписал с нами договор и внес предоплату. Работа — возведение каркасно-щитового гостевого дома на этой территории, — он делает широкий жест в сторону заросшего бурьяном пустыря.

Пустыря... который должен занимать уютный гостевой домик и роскошный сад. Мы с Глебом сто раз его рисовали, обсуждали планировку, смеясь спорили о том, нужна ли там веранда. Эта мысль бьет по голове, напоминая о потерянной жизни.

Внутри все сжимается в тугой, болезненный комок от горького, ядовитого разочарования.

— Глеб Аркадьевич не имеет права ничего здесь подписывать. Это моя земля. Мы в разводе. Покажите договор.

Бригадир, представившийся Игорем, нехотя тянется к папке.

— Вот… Он сказал, что хочет сделать вам сюрприз. Закончить то, что планировали.

Я беру бумагу. Дрожащие пальцы скользят по тексту. Все там. Адрес. Мои имя и фамилия как совладельца. Подпись Глеба.

Мне становится физически плохо оттого, что он действительно решился на это. Потому что это было нашей мечтой. А теперь… теперь я не знаю, нужно ли мне это.

— Этот договор недействителен, — голос звучит хрипло, но твердо. — Я его не подписывала. Вы должны немедленно прекратить все работы и покинуть мою частную территорию.

Игорь хмурится.

— Понимаете, мы уже материалы частично завезли… Работу распланировали. У нас график.

— Это ваши проблемы. Решайте лично с Глебом Аркадьевичем. Но здесь вы больше не работаете. У вас есть пятнадцать минут.

Я поворачиваюсь к дому, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Это не просто наглость. Это кощунство. Он прикоснулся к чему-то, что было нашим, и осквернил это, кинув мне в лицо, как подачку.

Из дома выходит Степан.

— Опять благородные порывы отца?

— Да, — говорю устало. — Только теперь он не может решить что-то за нас и не получить возражений. Прошли те времена…

Захожу в дом. Федя выглядывает из гостиной.

— Мам? Кто там?

— Строители. Папа… прислал их для строительства гостевого домика.

Лицо Феди озаряет сложная, мгновенная эмоция — вспышка радости — но она быстро сменяется тенью обиды.

— Но… зачем сейчас? — тихо спрашивает он.

— Вот в том-то и вопрос, — шепчу я.

Поднимаюсь в кабинет, закрываю дверь. Набираю номер Глеба.

— Доброе утро, Вера! — он берет трубку почти сразу, в его голосе — странная смесь надежды и напряжения. — Как раз хотел тебе звонить. Видела мой сюрприз?

— Я видела, — перебиваю его. — Ты прислал строителей.

— Да! — в его тоне слышится облегчение, будто он ожидал другой реакции. — Вера, ты же помнишь, мы столько раз… Я подумал, это будет хорошо — завершить то, что я обещал. Да и должно быть место, где…

— Где что, Глеб? — холодно вставляю я. — Где ты будешь ночевать, когда приедешь в гости к своим детям с новой женой и ребенком? Или где будет жить твоя Вика, когда захочет “навестить” сводных братьев своего ребенка? Это что, такой тонкий план по интеграции новой семьи в старую?