Книга Я приду, когда будет хорошая погода, страница 101 – Ли Доу

— Я буду часто приходить.

— Хорошо, пожалуйста, приходи почаще.

Боён наконец расслабилась, села и стала пить чай. У Хэвон тоже наступил покой в душе.

— Нужно поливать каждые несколько дней?

Боён, поставив чашку, быстро ответила:

— Только не поливай слишком часто, двух раз в неделю будет достаточно.

— Хорошо. Каждый раз, поливая воду, я буду думать о тебе.

— Тогда можешь увеличить полив до трех раз, – ответила нарочито дерзко Боён, и Хэвон засмеялась. Она задавалась вопросом, какие цветы распустятся, когда придет весна, но решила, что спокойно дождется этой поры и тогда узнает.

Когда начались праздники, приуроченные к Лунному Новому году, экраны новостей украшали фотографии дорог, заполненных людьми, возвращающимися в родные места. С приездом родственников в Пукхён-ри увеличилось количество автомобилей у каждого дома. Книжный магазин и каток на рисовом поле тоже взяли перерыв на два дня.

Мёнё писала, надев очки на кончик носа и глядя в монитор. Она передвинула старый компьютер, к которому давно не прикасалась, на пол, но клавиши на клавиатуре туго нажимались, поэтому часто появлялись опечатки. Хэвон легла на диванную подушку и медленно перелистнула страницу. Теперь у них не было необходимости участвовать в долгих процессиях, ведь праздники уже давно стали заботой незнакомых им людей. Каштан сонно лежал под диваном.

— Помнишь открытку, которую ты подарила мне, когда вернулась из путешествия? – сказала Хэвон, прикладывая книгу к груди.

Недавно вышло независимое издание «Моя любимая открытка». Это было эссе, в котором автор, увлеченный путешествиями и коллекционированием памятных открыток, которые он покупал в каждом посещаемом городе, писал о своих воспоминаниях.

— Не очень. Что это была за открытка?

— На ней были изображены в ряд яркие красочные ворота. Красные, желтые, зеленые… Разноцветные.

Мёнё кивнула, как будто поняла.

— Думаю, это была открытка из Ирландии. Там люди так красочно разрисовывали ворота.

— Вот как. Иногда вспоминаю ее, выглядит впечатляюще.

«Хэвон, какую дверь ты хочешь здесь открыть?» – спросила в тот день тетя и протянула открытку. Там было десять ворот, каждые из которых отличались своим цветом. В тот момент юное сердце девочки вдруг заколотилось. Словно какой-то психологический тест, это было похоже на небольшое предсказание будущего. Хотя на открытках были всего лишь ворота, девушка помнит, как открывала каждую дверь наспех и долго заглядывала в нее, боясь пожалеть об этом.

Мёнё сняла очки и протерла глаза.

— С чего вдруг вспомнила?

— Просто. Подумала, что в то время тебе было столько же, сколько мне сейчас.

Мёнё горько рассмеялась.

— Неужели это уже случилось… Прости, сейчас я выгляжу жалко.

Хэвон немного расстроилась, потому что это был на редкость искренний голос.

— Что? Ты говоришь не подходящие себе вещи.

Она снова перелистнула страницу, как на полу зазвонил телефон. Подняв трубку, Хэвон услышала незнакомый женский голос.

— Отделение неотложной медицинской помощи Хечхона. Это дом «Грецкий орех»?

— Да.

— К нам привезли пожилого мужчину, его единственный опекун – ребенок. Он сказал, что по этому номеру можно связаться со взрослым, которого он знает.

На мгновение смутившись, Хэвон моргнула.

— Какая фамилия у дедушки?

— Подождите минуту. Имя пациента… Чон Гильбок.