Книга Я твоё отражение, страница 73 – Юлия Амусина

Денис сделал несколько кругов по комнате, в то время как Светлана все еще пыталась отдышаться после короткого замыкания, произошедшего в мозгах этого человека. Наконец, головорез остановился рядом с кроватью и, присев на самый край, резко схватил Свету за подбородок, вынуждая таким образом повернуть голову в его сторону.

Я, наконец, понял, почему не тороплюсь убить тебя, — задумчиво пробормотал он, легко пробежавшись грубыми пальцами по ее мягкой щеке. — Ты такая же, каким был когда-то я сам — сильная и непокорная, но все еще наивная, не прожженная этой жизнью. Внутри меня сплошные рубцы от большого количества прошлых ран, внутри тебя — открытая к людям душа. Ты живешь ради своего брата так же, как я когда-то жил ради сестры. Мы с тобой одинаковые, Светка, разница лишь в том, что я — будущее, а ты — прошлое.

Ден! — в комнату вихрем влетел запыхавшийся, как после бега на длинных дистанциях, Ворон.

Денис убрал руку и с явной неохотой перевел взгляд на своего бойца.

Чего?

Ты нужен внизу, — слегка растерялся Ворон.

Ден вновь перевел взгляд на Светлану и вдруг улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую только был способен. Такого головореза девушке еще видеть не приходилось, оттого она, пораженная открывшимся зрелищем, застыла.

Слышала? Я им нужен. Ничего без меня не могут решить, тупые мудаки. Значит, ты остаешься здесь и ждешь, пока я не вернусь — ха, как будто у тебя есть выбор? — Ден засмеялся и покачал головой. — И помни, что дурить тебе сейчас строго противопоказано моими пушкой и ножичком.

* * *

Ну? — Ден вышел в середину помещения и поочередно обвел взглядом всех присутствующих. Его бойцы стояли сосредоточенные и хмурые, что заранее не понравилось главарю. — Блин, говорите уже, что там за хрень случилась, иначе перестреляю нах…

Ден, Рыжий погиб, — выступил вперед Ворон, как самый смелый из всех присутствующих.

Денис медленно оглянулся на Юрку и замер, словно каменное изваяние. Впрочем, это было ошибочным, как и все, что касалось Якунина.

Кто?

Басмановские псы, — сквозь зубы процедил Ворон.

Удар под дых. Нокаут. Обезврежен и вместе с тем озлоблен. Опустошен и раздавлен, но чувствует в себе силу накаленной до предела ярости.

Лерка.

Она решила напасть? Судя по всему, да. Без своей предводительницы эти мудозвоны и шагу бы не ступили, потому что привыкли всегда заглядывать ей в рот и ловить каждое ее слово, словно мантру. Она говорит — шавки исполняют. Они даже в последнее время весьма тихо себя ведут и не используют пушки — ее закон, не иначе, потому что Андрюше всегда было глубоко наплевать на то, сколько крови проливают его люди.

Блин!!!

Это точно? — хриплым голосом спросил Ден.

Да. Ден, его завалили эти гниды, один из наших ребят нашел свидетеля.

Вот суки! — рявкнул Ден так, что ближестоящие к нему непроизвольно сделали шаг назад. — Решили, значит, под нас копать?! И как только борзости хватило!

Ден, это война, — обрек очевидное в слова один из присутствующих бойцов.

Ну ты молодец! — восхитился такой редкой смекалкой Ден. — А я-то, дурак, грешным делом подумал, что эти мудаки нас в песочницу на соревнования вызвали!

Ден, мы не можем ждать, пока они нас всех по одиночке перебьют, — осторожно выступил Ворон.

Ясен пень! Так, никто нас не перебьет — еще чего не хватало?! За Рыжего будем спрашивать с Лерки, в случае, если нас пошлют, устроим этим ушлепкам Варфоломеевскую ночь. Или утро? Похрен, короче! Ворон?