Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 38 – Татьяна Михаль

Я похолодела.

— То есть, ты не была уверена, что мы перепрыгнем?

— Я была уверена в своём коне, – ответила она. – В тебе – нет.

Я скрипнула зубами.

— То есть, по-твоему, я толстая?

— Я этого не говорила.

— Ты заявила мне, что ты переживала за мой вес!

— Я переживала, – согласилась она. – Но мы перепрыгнули. Значит, ты не слишком тяжёлая.

Мне хотелось обидеться, но Зарема только что спасла мне жизнь, прыгнув через пропасть на бешеном коне. Обижаться на неё после этого было бы как-то... мелочно.

— Ты нас спасла, – проговорила я наконец. – Спасибо тебе.

Она ничего не ответила, только пожала плечами, словно прыгать через пропасти от разбойников было для неё обычным делом. Может, так оно и было. Горцы вообще, кажется, относились к смертельной опасности как к чему-то вроде утренней зарядки.

Мы скакали молча.

Я пыталась переварить случившееся. Ещё утром я собиралась просто выгулять лошадь, а теперь скакала по горам за спиной у девушки, которая ещё вчера хотела меня убить.

И что теперь будет с моей Беляночкой? Этот момент меня огорчал. Вдруг эти типы убьют её?

— Слушай, – заговорила вдруг Зарема, – пока мы едем, ты подумай, как задобришь князя. Нам от него влетит. Уж поверь, страшно влетит.

Я фыркнула.

— Влетит? За что? Мы же спаслись! Ещё и предупредим, что тут шастают какие-то драные черти!

— Ты не понимаешь, – усмехнулась она мрачно. – Мы уехали без охраны. Ты была без охраны и на нас напали. Ты чуть не погибла, и я чуть не погибла. Князь будет в ярости.

— Но это же не наша вина!

— Для нас с тобой – не наша, – согласилась она. – А вот для Исмаила...

И тут я похолодела.

— Что – для Исмаила? Договаривай.

— Он должен был тебя охранять, но остался в ауле. Он провинился и понесёт наказание.

— Какое наказание? – спросила я, хотя уже догадывалась.

— Это будет зависеть от настроения Гайдара, – ответила Зарема. – Если он будет в хорошем настроении, Исмаил отделается плетьми. Если в плохом... Гайдар может лишить его жизни.

— Что?! – воскликнула я и едва не свалилась с лошади. – Убить?! За то, что я сама уехала?!

* * *

— МАРЬЯ —

Мы въехали в аул под прицелом десятков глаз.

Женщины боязливо выглядывали из окон, дети бегали, но при виде нас замерли и глядели с любопытством, даже старики перестали резаться в нарды и уставились на нас, но они глядели с осуждением.

Гайдар нам пока ничего не предъявил, а просто спровадил до центральной площади. Потом спешился и помог нам с Заремой спуститься с коня. И всё это происходило в полнейшем зловещем молчании.

Его люди стояли поодаль и глядели на нас с Заремой как на врагов народа.

Ноги у меня дрожали и руки тоже. Голова начинала тюкать в затылке. И тошнота появилась. Короче, «прекрасная» вышла прогулка.

Ещё жакет остался в лесу, и теперь я стояла в одной рубашке с расстёгнутыми пуговицами, растрёпанная и грязная. Видок у меня был тот ещё.

Зарема стояла рядом, она была сильно напряжена.

Гайдар медленно подошёл к нам, и его лицо вообще ничего не выражало. Это было страшнее любого гнева.

Он остановился в двух шагах и заговорил.

— Вы, – произнёс он. Голос мужчины звучал тихо, но был ледяным, даже жутким. – Вы хоть понимаете, что натворили?

Я открыла рот, но он не дал мне ни слова выговорить.

— Молчать! – рявкнул он, и я захлопнула рот. – Вы уехали из аула без охраны и моего разрешения. Вы, две глупые, безрассудные и своевольные девчонки, решили, что вам всё дозволено!