Книга Долгая сказка на ночь, страница 118 – Настя О

Родители к моему возвращению, как оказалось, были готовы благодаря осторожным вливаниям информации со стороны мамы. Папа не верил до тех пор, пока я не появилась дома одетой по моде Рамбьеля. Потом были долгие вечера разговоров после работы. О других мирах, о том, какую роль играют Ключи и Мастера. Папа хмурился, негодуя, сколько испытаний выпало на мою голову. Мама лишь грустно улыбалась. Даже не будучи исполнившим свое предназначение Ключом, она прекрасно понимала, каково мне было оказаться вдали от Мастера.

Позже у нас стало действовать негласное правило: о мире разумных животных не вспоминать. Оно было принято на семейном совете. Все же Земля – мир совершенно не волшебный, так к чему бередить старые раны. И без них вполне хватало дел: приближающийся диплом, на который я тратила все время отпуска, дела по дому, одинокие прогулки до Ванечкиной школы и обратно. Мне никого не надо было встречать или провожать. А мир вокруг стал стирать братика из памяти. У нас прошло уже три месяца. Интересно, подрос ли наследник Вайнон?

Воспоминания приходили только ночью, когда тоска забрасывала меня обратно в мир, где я успела найти свою любовь. Временами мне случалось попадать на сцену мытья Эль–Сириана или его подготовку ко сну. И я улыбалась, пытаясь дотянуться до него, чтобы хоть как–то оказаться ближе, хотя и терпела поражение. Злилась, негодовала. Плакала. И снова звала того, кто не мог откликнуться на мой зов.

После сдачи диплома я и сама стала понимать: так больше продолжаться не может. Чувства к Эль–Сириану никуда не денутся, но и хоронить себя из–за них тоже не стоит. Я приказала себе больше улыбаться, принимать активное участие в делах работы. И, надо сказать, на этом поприще достигла небольших успехов.

Как–то на общем собрании коллектива было решено создать страничку магазина в соцсети, где мы могли бы делиться с потенциальными покупателями нашими новинками. Постепенно аудитория нарастала, стали появляться разные опросы, и одним из них мы решили сделать своего рода викторину: за какие книги проголосует больше народа, те и выставляем на следующий день на всеобщее обозрение. Таким образом, у нас получались дни классики, детектива и даже женского романтического фэнтези. Покупатели специально приходили в магазин, чтобы проверить, как исполняется их интернет–заказ.

Вот и сегодня, с улыбкой посмотрев на результаты голосования и покачав головой, я принялась ходить мимо книжных стеллажей в поисках нужных экземпляров. Ну надо же, драконов всем подавай, усмехнулась я, вспоминая то безграничное ощущение полета, что дарили прогулки с Хардрагором.

Колокольчик на двери дернулся и замер.

— Извините, но мы закрываемся! Приходите завтра к открытию, – улыбнулась я, возвещая о том, что совершенно некогда возиться с запоздалым покупателем.

— Да я, в общем–то, по личному вопросу… – голос показался знакомым, а потому я вынырнула из–за полки и удивленно ахнула.

— Вовка! Силков, ты что ли?

— Я, Маечка, – расплылся в улыбке главный Казанова потока. Если честно, его судьба мне была неизвестна с тех пор, как решила больше не целоваться с ним. С глаз долой – из сердца вон, как говорится. А потом, кажется, он и вовсе на другой факультет перевелся.

— Какими судьбами? – спросила я, относя несколько книг ближе к стенду.