Онлайн книга «Кризис Ж»
|
— Жозефина Геннадьевна, должна признаться, хоть и стыдно, – сказала она. – Я тебе завидовала. Ну, с Борей. Когда он… был. Уж очень они с Гошей себя по-разному вели. Прямо как назло. Пока Боря делал тебе предложение в Сочи, мы с Гошей ругались в Ялте. Потому что я спросила, будем ли мы, например, жить вместе. Когда-нибудь. Не про свадьбу спросила и не про любовь до гроба, заметь – про «жить-вместе-когда-нибудь». И тогда у него появилось на лице то выражение. А я поняла, что для него я еще одна проблема, а не любимая женщина. Мы поругались, помирились потом, но я об этом много думала. И придумала вот… Ладно. Пойду я, спокойной ночи. Глаза у нее были не синие и не голубые, а серые. Не жалела, значит, себя, а злилась. Антонина действительно пошла в свою комнату, я попробовала ее остановить, но она покачала головой: не надо. Весело они без меня время провели, угу. Я сидела ошеломленная, даже руки онемели. «Ты ведь не удивлена», – сказала сестра. А я очень даже была удивлена! Видела, конечно, что Гоша часто уезжает, а Антонине это не нравится, но не думала, что все настолько серьезно. Не замечала, не приглядывалась. Я решала собственные проблемы и забыла главное правило трудных времен: пока ты устраняешь потоп в ванной, на кухне наверняка что-то горит… Спала я плохо – в отличие от Зайки, который устроился у меня под мышкой и занял полдивана, как полноразмерный и очень горячий человек. Часов до шести я думала об Антонине, Гоше, Марусе, маме, папе, Лене Маленькой – и о Боре, конечно. Потом пару часов смотрела обо всем этом тяжелые сны, а в восемь вышла на кухню, чтобы оказаться там первой и встретить гостей завтраком. На кухне уже сидела Лена Маленькая, пила кофе из чашки с отбитой ручкой. Где она такую только нашла! — Доброе утро, – вскочила Лена при виде меня. – Я уже уезжаю. И бросилась к мойке, выплеснула туда кофе, почти целую чашку. — Куда ты так спешишь и продукт зачем переводишь, – я нарочно говорила максимально добрым и шутливым тоном, но Лена в ответ пролепетала: — Прости, я просто обещала… Кофе растворимый нашла, старый, вон там… И указала на старую хромую тумбочку, которую до нее, кажется, никто никогда не открывал: даже кота вчера там не искали. Красивущая чашка, видимо, тоже оттуда. Меня внезапно тряхнуло злостью. Древний растворимый кофе она пьет в квартире, где, во-первых, сто кофеварок самых разных модификаций, а во-вторых, ее, Лену, никто никогда не обижал. Сиротка, блин. — Лен, сядь, пожалуйста, – попросила я. – Какой у тебя любимый цвет? М? Она опустила глаза. Молчала и не садилась. — Лена? – повторила я. – Какой у тебя любимый цвет? Зеленый? Красный? Фиолетовый? Все равно молчала. Ушла, похоже, в астрал – редкий побочный эффект от просроченного кофе. Но я решила добиться своего, не считаясь для разнообразия с ее тонкими чувствами. А вдруг сработает. Я открыла шкаф с кружками и стаканами, порылась там, вытащила три больших чашки. Одну оранжевую с надписью I LOVE TEA, одну синюю с китайскими драконами, одну желтую с коровой. — Желтый, – тихо сказала Лена моей спине. И села. — Круто, – ответила я и убрала первые две кружки обратно. – Вот твоя чашка теперь. С коровой, запомнила? Ты как раз Пастухова. Му! Кот, подскажи Лене. — Мэ, – охотно повторил Зайка, немножко намекая на то, что у котика в мисочке пусто. |