Книга Еще 11 минут радости, страница 43 – Евгения Батурина

В кабинете, помимо Мирьям Соколовской, напротив неё, сидела Катя Румянцева. Сидела и качалась на стуле – она так делала, когда нервничала. И кудри свои непослушные ещё «расчесывала» пятернёй, безуспешно пыталась пригладить.

Волосы Мирьям, как обычно, струились по плечам эталонным смоляным водопадом. А я, кажется, увлеклась описанием чужих причёсок.

— Садись! – Мирьям указала на низкое красное кресло рядом с румянцевским стулом.

— Привет! – запоздало поздоровалась я и опустилась в кресло. Краем глаза заметила: на столе главреда лежит «сигнал», сигнальный экземпляр последнего номера. Ничего я не забыла…

— Фрось, тут Румянцева тебя в выпы прочит, – Мирьям не стала тянуть и улыбнулась, сузив чёрные глаза. – Как считаешь, справишься?

Я уставилась на Катю в изумлении, будто опять не поверила, что она реальная, всамделишняя Катя Румянцева, да ещё с некоторых пор моя подруга.

— В выпускающие редакторы? – переспросила я её, а не Мирьям.

— Ну а какие же, выпендривающиеся, что ли? – пошутила Румянцева. – Ты же работала выпускающим в своей газете?

— Ответственным секретарём. В Приложении, – уточнила жутко честная я. – На 16 полос… А, потом ещё выпускающим в интерьерном журнале. Но меня быстро выгнали.

— Господи, Ефросинья. – Катя покачала кудрявой головой. – Ты богиня самопрезентации.

Мирьям рассмеялась и все же повторила вопрос:

— Так что, Фрося, справишься? Зачем искать кого-то со стороны, если в редакции есть готовый вып. Или ты не хочешь?

— Да хочу, конечно, – спохватилась я. – И даже справлюсь. 16 полос, 516 – какая разница…

Румянцева перестала качаться на стуле и одарила меня усталым взглядом.

— Мирьям, мы попозже зайдём, я её немножко побью в туалете и верну, ладно? – сказала Катя.

— Не надо меня бить, – попросила я кротко. – Просто неожиданно все как-то. Меня менеджером взяли два месяца назад, я ещё толком испытательный срок не прошла…

— Что ж, это будет самая стремительная карьера в истории Журнала, – весело произнесла Мирьям. – Короче, если всем ок, мне тоже ок. Вам, девочки, вместе работать. И нового менеджера, кстати, тоже искать вам.

— Найдём, – уверила Румянцева.

И Мирьям удовлетворенно кивнула, а я стала выпускающим редактором Журнала.

Нового менеджера, бойкую быстроглазую Элю, мы с Катей Румянцевой нашли почти сразу и первый же свой совместный номер отправили вовремя и без лишних нервов. Я даже домой в день сдачи пришла всего-то в девять вечера! Наташу уложить успела, с Филей погулять, с Аришей чаю попить…

Полтора года спустя мне уже казалось, что я работала в Журнале всегда. Причём всегда – выпускающим при заме Румянцевой. Мы хорошо дополняли друг друга и удачно делили обязанности: Катя читала тексты на предмет их художественной ценности, я занималась фактчеком и техническими мелочами, но мы всегда знали, что можем друг с другом посоветоваться и родить в спорных случаях какую-нибудь истину.

Мирьям Соколовская была нами довольна. С остальной редакцией, а также рекламой, маркетингом, даже (поверьте, это непросто) производственным отделом у меня сложились как минимум сносные отношения. Выпускающий редактор вынужден контактировать со всеми, и лучше, если упор здесь будет на слово «контактирует», а не «вынужден». Более того, ему часто приходится лавировать меж торчащих скал и выступать миротворцем. В любом журнале существует негласное противоборство между арт-отделом и редакторами, редакторами и рекламой, рекламой и маркетингом. Все делают общее дело, но каждый считает свой участок главным. Дизайнерам важны визуал, вёрстка, картинка, и они ради красоты могут выкинуть половину текста (трудно сократить, что ли?). Редактору и правда трудно сократить, он будет биться за каждое слово, но тут придёт отдел рекламы, принесёт мешок денег и потребует расчистить под него место и убрать десяток редакционных полос. А маркетингу надо проанонсировать очередное мероприятие и конкурс, причём подверстать это к статье про любовь (здравствуй, новое сокращение). А бьюти-отдел замыслит на следующий номер огромную секцию про 200 причёсок. Но фешен-отдел напомнит, что им уже обещано 30 полос под тренды, потому что как без трендов. Тут раздастся тяжёлая поступь Командора – руководителя производственников, менеджера по печати. Командор спросит, где первый сенд (то есть готовые материалы), когда отдадим обложку и вообще какого хрена. И вот во всём этом должен разобраться выпускающий редактор – вместе с замом решить, что добавить, что убавить, что перенести, как никого не обидеть и не убить – и сесть заново переделывать флэт-план. Да, в восьмой раз. Вот такая работа.