Книга Не на твоих условиях, страница 13 – Марина Войкова

Потому что теперь у меня появилась новая проблема.

Раньше я могла убеждать себя, что Марат Рашидович просто вежливый начальник, который умеет шутить и ценит хороших сотрудников. Теперь я уже не уверена, что дело только в этом. Он слишком внимательно наблюдает за моей реакцией, слишком часто замечает то, что я предпочла бы скрыть, и, кажется, получает от этого какое-то удовольствие.

Вопрос только в том, что именно ему нравится.

И почему мне так хочется это выяснить.

К пяти часам офис постепенно начинает пустеть. Кто-то собирает вещи, кто-то обсуждает планы на вечер, а я заканчиваю последнюю таблицу и отправляю её Марату. В ответ приходит короткое: «Принято. Спасибо». Я улыбаюсь экрану, тут же спохватываюсь и оглядываюсь, не заметил ли кто-нибудь моего идиотского поведения.

К счастью, Оксана уже ушла на встречу, а остальные сотрудники заняты своими делами. Я выключаю компьютер, складываю документы в папку и собираюсь домой. День получился продуктивным, и я даже начинаю испытывать осторожную гордость за себя. Никаких катастроф, никаких ошибок, никаких сцен, о которых завтра пришлось бы вспоминать с ужасом. Можно сказать, идеальный рабочий день.

Я уже надеваю пальто, когда слышу за спиной:

— Алина, вы ещё не ушли?

Оборачиваюсь. Марат стоит в дверях своего кабинета, засунув одну руку в карман брюк. Судя по всему, он тоже собирается заканчивать работу, хотя на его столе всё ещё лежит внушительная стопка документов.

— Уже собиралась.

— Как прошёл день?

— Продуктивно. По проекту есть несколько замечаний, но ничего критичного. Завтра к вечеру подготовлю полный отчёт.

— Хорошо. — Он на секунду замолкает, словно обдумывает что-то, затем спрашивает: — Вы на машине?

— Нет, на метро.

— Ясно.

Он больше ничего не говорит, и я не понимаю, зачем вообще спросил. Может быть, просто из вежливости. Может быть, собирался уточнить что-то по работе. А может, у него есть привычка задавать вопросы, а потом оставлять людей мучиться догадками. Последний вариант кажется мне наиболее вероятным.

— Тогда до завтра, Марат Рашидович.

— До завтра, Алина.

Я направляюсь к лифтам, нажимаю кнопку вызова и с облегчением замечаю, что кабина уже поднимается на наш этаж. Ещё немного — и я окажусь на улице, где смогу спокойно дышать, думать о своих делах и не анализировать каждое слово начальника.

Двери лифта открываются. Я захожу внутрь, нажимаю кнопку первого этажа и уже собираюсь достать телефон, когда слышу знакомые шаги.

Марат успевает войти в кабину за секунду до того, как двери закрываются.

— Вы всё-таки ещё здесь, — замечает он.

Я смотрю на него.

— Как видите.

Он нажимает кнопку парковочного уровня, и лифт начинает движение вниз. Несколько секунд мы едем молча. Я смотрю на цифры над дверью, стараясь не обращать внимания на то, что мы снова остались вдвоём в замкнутом пространстве. Очень небольшом пространстве, между прочим. И почему-то именно сейчас я особенно остро осознаю, насколько он выше меня и как мало места остаётся между нами.

— Вы всегда так старательно делаете вид, что меня не замечаете? — спрашивает Марат.

Я резко поворачиваюсь к нему.

— Что?

— Сегодня несколько раз проходил мимо вашего отдела. Вы каждый раз так внимательно смотрели в монитор, словно там происходило нечто чрезвычайно важное.