Книга Девятая жизнь Кота-Императора. Том 2, страница 48 – Николай Новиков

— Понимаю, — ответил я, — Теперь послушай почему.

И я заговорил. Быстро, коротко, и каждый довод упирал в то, что она видела сама.

— Первое. Сегодня, в гостиной. Ты видела, как я резко встал, хотя по виду ну вообще не собирался?

— Ну видела…

— Я тогда хотел сесть! Или как сказал, что священника убили, хотя собирался молчать? Это был не я, Вика! Это он. Люциан — Причастный Хаоса, он растянул свою силу на весь дом.

Её пальцы на моих рукавах сжались.

— Да, он… зарегистрирован в Ордене Хаоса. Военный же…

— Именно! Ночь нападения. Дитрих не мог работать с Порядком, и никто не понял почему. Потому что рядом был Хаос! Просто мы тогда не знали, чей, но теперь всё сходится — кому как не Люциану быть в ТВОËМ доме и знать, откуда безопасно можно мешать расследованию!

Она нахмурилась.

— Второе. Брат Мартин. Священник, который должен был вас венчать. Его подослали в мой сон, Вика. Сегодня я не сдавал экзамен в Кошмаре, и в него вторгся священник, который проводил свадьбы аристократов.

— Мартин, да… — всё глубже погружается она, — Мы его нанимали… по совету Дрейков.

— Люциан пришёл сегодня не к тебе. Он пришёл проверить, вернулся я живым или нет!

— А кого он ещё советовал? — дал я ей шанс.

— Ещё… — и тут её глаза распахнулись, — Целителя, которого потом тебе отправили.

— Люциан — убивает нас. Скажи, не умирал ли кто-то из наших в последнее время.

— Д-да, ходят слухи! — всё активнее включалась она, прям заметно оживая, — Почётный член рода из столицы, мужчина такой коренастый!

И я задрал брови, чуть кивнул на девушку, как бы говоря, чтобы она сама пришла к выводам.

И судя по лицу — пришла. Глаза полезли на лоб, брови вскочили, а взгляд устремился через моё плечо — туда, где был её «жених».

А на самом деле её будущий убийца.

Хм… Виктория оказалась куда умнее и собраннее, чем казалось ранее. Я думал она сучка и истеричка, а она… ещё и умная сучка, и точно не истеричка!

Я снова оглядываюсь, прислушиваюсь кошачьим слухом, понимаю что вокруг никого, и очень тихо, едва не на ушко сестре, продолжаю:

— Я могу просмотреть его память. Найти каждого, кто включён в наше истребление! Сегодня в Церкви, в Кошмаре, я прошёл по памяти культистки, которую Предел сожрал в ту ночь, в особняке. Как по комнатам, Вика! Раз я прошёл по её памяти, значит, смогу и по его.

— И как ты это сделаешь? — спросила она, и голос у неё был уже почти свой.

— Пока не знаю.

Зато знаю, у кого спросить. Освальд. Короткостриженый, с татуировкой на скуле. Тот самый, что держал меня в Кошмаре и не сдал Штерну. Я и так хотел идти к нему в первую очередь, чтобы выяснить отношения между нами, — как бы это ни звучало, — но теперь повод ещё серьёзнее.

Мне срочно нужно научиться нырять в Кошмар.

Встретиться надо срочно! Завтра же!

— Есть человек в Церкви, — сказал я вслух, — Он научит.

— Но это всё догадки… — сказала Вика тихо и зло, — Ты мог ошибиться! И что тогда? Ты убил человека за просто так? Потому что подозревал? Боже, Леонард, я знала что ты быстро во вкус Инквизиции войдёшь, но не настолько же!

Узнаю Эшкрофтов: прижми к стенке, а она всё равно кусается. Это от Годрика, фамильное — вместе с челюстью, волосами и ворчливым характером.

Доводов у меня оставалось ещё минут на тридцать. Про Дитриха, про трещины, про священника по второму кругу. Но я смотрел на её лицо, на пальцы, которые цеплялись за мои рукава уже не чтобы трясти, а просто чтобы держаться хоть за что-нибудь, и понимал: спорит она не со мной, а сама с собой.