Книга Рассвет русского царства. Книга 11, страница 9 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Мария Борисовна ждёт, — сказал один из них.

Я переглянулся с Лёвой.

— Быстро же ей доложили о нас.

— Ага, — улыбнулся он. Оглядевшись по сторонам, он показал рукой в дальнюю беседку. — Я тебя там подожду.

— Не пойдёшь со мной? — спросил я.

— Нет, — ответил он.

В принципе, это было правильно. Но если бы Лёва пошёл со мной, тоже ничего страшного не случилось. Поэтому я кивнул другу и, повернувшись к служке, сказал:

— Веди.

Вскоре я стоял в горнице. Мария Борисовна сидела у стола с детьми. Настя и Елена скребли ложками в тарелках, маленький Тимофей сидел в высоком стульчике и, смеясь, уворачивался от ложки нянечки, старающейся запихать ему в рот кашу.

Иван меня увидел первым.

Он просто соскочил со стула и бросился ко мне через всю горницу, обнял…

— Дядя Дима приехал!

— Иван, — строгим тоном произнесла Мария Борисовна, — ты как разговариваешь с боярином?

Мальчик отстранился. Поднял голову и посмотрел на мать с выражением человека, которого застали за очевидным.

— Ой, — сказал он и ненадолго принял задумчивый вид. — Но ты говорила, что с близкими людьми так можно.

Мария Борисовна открыла рот и, встретившись со мной взглядом, растерялась что сказать.

Я же смотрел на эту сцену и старался держать лицо.

— Говорила, — сказала она наконец с осторожностью в голосе.

— Значит, боярин Строганов нам не близкий? — Иван покосился на меня и в этом взгляде было столько сознательного лукавства, что я понял — учителей ему подобрали хороших. — Потому что, если не близкий, тогда я готов переспросить по-другому.

— Близкий, близкий, — сказала Мария Борисовна. В голосе появилась еле заметная усмешка. — Иди, садись, доедай кашу, а потом бегом на занятия.

— Хорошо.

Но перед тем, как сесть, он обернулся ко мне и протянул руку.

— Я рад тебя видеть, воевода. И спасибо за победу.

Я пожал его руку с тем же серьёзным видом.

— Благодарю за похвалу, Великий князь, — низко поклонился я.

Он кивнул и пошёл к столу. Мария Борисовна смотрела ему вслед с гордостью.

Потом я поклонился ей, Насте, Лене, покосился на Тимофея. Нянечка смотрела строго. Тимофей смотрел на меня с кашей на подбородке.

— Голоден? — тут же спросила Мария Борисовна.

— Нет, благодарю, но от сбитня не откажусь.

Она сделала знак рукой, и служанка исчезла. Вернулась быстро, неся чашку.

Мария Борисовна дождалась пока Иван уйдёт с нянькой на занятия. Следом ушли девочки, и только тогда она спросила у меня.

— Как разместился?

— Тесновато, но жить можно, — я поставил чашку. — Вот об этом я и хотел поговорить. Мне надо определяться с постоянным местом. Семья, люди, мои воины. Сейчас мы остановились у родичей Алены, но хотелось бы свой уголок обустраивать.

— Я думала, ты займёшь одно из свободных подворий, — она наклонила голову. — Морозовское, например. Оно пустует после того, как их казнили. Конечно, разграблено сильно, но стены целые.

Я немного помолчал. Помня, что весь их род извели, когда было доказано, что они замешаны в отравлении княгини.

— «Место с историей, прямо скажем», — подумал я. С другой стороны, стены и впрямь должны были уцелеть, а отстроить внутри много времени не займёт.

— В принципе, меня устраивает, — ответил я. — Правда, осмотреть всё надо.

— Осматривай, но имей в виду, что это подворье ничем не уступало подворью Шуйских. Место там хорошее.