Книга Рассвет русского царства. Книга 11, страница 1 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Четыре месяца пролетели очень быстро.

Начну с главного: я был к такому не готов. Только собравшись уезжать из Курмыша, я по-настоящему понял, сколько здесь накопилось за эти годы. И всё это было фактически завязано на мне. И всё это нужно было либо упаковать с собой, либо передать надёжным рукам, либо объяснить три раза на разных языках, чтобы не сломали без меня.

Разумеется, Григорий оставался старшим. Он — Строганов и де-юре мой отец. Кому как не ему тут за всем приглядывать.

Была мысль забрать с собой Семена. И честно, я почему-то был уверен, что это вопрос уже решённый, но, когда поднял эту тему, он сказал.

— Хватит с меня походов. По лету поеду с женой в свою деревеньку, хозяйство налаживать. Поживу для себя.

Я не стал спорить. Семёну шёл пятый десяток… по идее ещё не старый, но… в общем, я не стал уговаривать. Если человек говорит хватит, значит, действительно, хватит. Но я был рад тому, что Лёва согласился поехать со мной. Разумеется, с Авдотьей и сыном, куда же без них. Глав с Мин и дочкой согласились без раздумий. Богдана с семьёй я тоже забирал. Нечего Богдану на границе делать, когда его голова мне в Москве пригодится. И, разумеется, Доброслава с семьей я тоже забирал. Не самому же мне орудия лить…

Жена тоже не мелочилась и уговорила переехать с нами своих подруг. Олена, Инна… Федора я думал оставить здесь, но не разделять же жену с мужем? К тому же я был только рад. Ведь чем больше рядом будет своих людей, тем легче мне будет.

С Ратмиром мы говорили отдельно, долго, под вечер в горнице, при свечах. Он оставался за главного по хозяйственной части: склады, деревни, крестьяне, торговля. Воислав при дружине вместе с Григорием. Майко вёл все бумажные дела, голубиную почту и вместе с Меньшиковым ведовал делами порохового завода.

И, к слову, главный разговор с Ратмиром касался пороха.

— Слушай внимательно, — сказал я. — Две трети всего пороха, что здесь производится, пойдут в Москву, ко мне. Обязательно следи за тем, чтобы порохом вдруг не начали торговать здесь.

— Думаешь, Майко…

— Не знаю, — перебил я Ратмира, — но лучше пусть знает, что за ним наблюдают. Верить в таком деле никому нельзя.

— Понял, — сказал Ратмир.

— Молодец. Слушай дальше. Порох будешь посылать в коробках, что и воск будут перевозить. Отдельными партиями, с надёжными людьми и не всё сразу. Сопроводительные грамоты Майко оформит, но ты для вида возьми их на денёк, чтобы почитать. Так он будет чувствовать, что ты контролируешь его. — Ратмир кивнул. — Оставшуюся треть пороха в пороховой склад в крепость будешь увозить. По соли договорился с Суздалем до конца следующего года, — объяснял я, загибая пальцы. — Лён идёт через купца Даниелюса Купериса…

— Это тот, которого мы от разбойников спасли? — перебил меня Ратмир.

— Да, он самый. Со мной вёл дела честно, но ты всё равно Майко позови, чтобы он не убавил цену.

— Хорошо.

— Так, на чём я остановился, — задумался я. — А точно… Куперис так же покупает у нас шкуры. Здесь ты сам примерно знаешь, что почём стоит. — Ратмир снова кивнул, тогда я продолжил. — С нижегородскими купцами не торопись… — и так допоздна мы проговаривали дела.

Почему я выбрал Ратмира? Да потому что я ему доверял. А также… не на Григория же это «складывать».