Книга Последняя станция — море, страница 129 – Алисия Роуден

Костя отступил.

— Он ждёт.

— Кто? — спросила Вера.

Брат посмотрел на неё.

— Мальчик.

Вера вспомнила фотографию, билет и слова, которые услышала из телефонной трубки. «Тот, кто ждал». Всё указывало на Михаила Воронова, но она уже слишком хорошо знала, что линия не любит прямых ответов.

— Мы должны проверить, — сказала она.

Андрей достал из кармана латунную пластину. На ней по-прежнему были выбиты три слова: «Память», «Свидетель», «Возвращение». Он приложил её к двери.

Ничего не произошло.

Тогда он повернул пластину обратной стороной. На металле проступил едва заметный номер:

000001.

Замок щёлкнул.

Дверь открылась.

За ней находился небольшой кабинет. У стены стоял письменный стол, рядом — железный шкаф с выдвижными ящиками. На полу валялись раскрытые папки, а возле окна лежал старый плащ. На подоконнике стояла чашка с засохшим чайным налётом.

Всё выглядело так, будто человек вышел на несколько минут и собирался вернуться.

Вера вошла первой.

На столе лежал блокнот. Обложка была испачкана чернилами, уголки загнулись от сырости. На первой странице аккуратным почерком было написано:

Михаил Воронов. Личный журнал. Не передавать в архив.

Вера раскрыла блокнот.

Первые записи были обычными: даты, номера поездов, сведения о ремонте путей. Затем почерк изменился. Буквы стали крупнее, строчки неровнее.

12 октября 2029 года.

Состав снова пришёл в 23:40. Машиниста нет. В ведомости числится один пассажир, но в вагоне я видел троих. Один из них был похож на меня.

13 октября.

Михаил Соколов говорит, что поезд приходит не каждый день. Он уверен, что состав появляется только тогда, когда кто-то ждёт человека, который уже не может вернуться обычным путём.

14 октября.

Сегодня я увидел мальчика у платформы. Он сказал, что потерял сестру. Но когда я спросил его имя, он ответил: «Я ещё не знаю».

Вера остановилась.

— Это о ком? — спросил Костя.

Она перевернула страницу.

15 октября.

Мальчик вернулся. Он помнит меня, хотя мы никогда не встречались. Говорит, что я должен отдать ему билет. Я отказался. Билет принадлежит не мне.

16 октября.

Михаил Соколов утверждает, что маршрут можно закрыть, если вернуть первого пассажира. Но он не понимает, что первый пассажир не может вернуться, пока кто-то другой остаётся на линии.

Следующая страница была вырвана.

Вера осторожно перелистнула дальше.

18 октября.

Сегодня я видел себя в вагоне. Я был старше на много лет. Он сказал, что я должен остаться, иначе поезд заберёт всех, кого я пытался спасти.

Я спросил, кого именно.

Он ответил: «Тех, кто ждёт».

Вера медленно закрыла блокнот.

— Он видел самого себя в будущем.

Андрей взял журнал и прочитал несколько строк.

— Возможно, он видел не будущее, а один из незавершённых маршрутов. На линии это не всегда одно и то же.

— Ты можешь хоть раз объяснить что-нибудь простыми словами? — спросила Вера.

Отец поднял глаза.

— Я попробую. Представь, что человек едет на поезде и в какой-то момент должен выбрать, выходить ему или оставаться. Если он не делает выбор, маршрут не заканчивается. Он продолжает существовать, и в нём могут появляться разные варианты одного и того же человека. Один вышел, другой остался, третий так и не добрался до станции. Линия хранит все эти варианты, пока кто-то не завершит путь.