Книга Любимый плут, страница 57 – Кэролайн Линден

— Вне всякого сомнения, вы научитесь интерпретировать его слова, — сказала она с откровенной насмешкой. — Со временем.

— Разве его высказывания требуют какой-то сложной интерпретации? — Макс сделал вид, что задумался. — Странно. Мне так не показалось. Честный открытый человек.

— Конечно, папа — честный. — Она без колебания отвергла возможные инсинуации. — Но мне кажется, что это слово неприемлемо в вашем мире.

Макс рассмеялся.

— Мой мир — это Перузия. — И, не в силах устоять перед дьяволенком, сидевшим у него внутри, добавил: — И вы, моя драгоценная жена.

Бианка недовольно посмотрела на него:

— И вот такой болтовней соблазняют дам в Лондоне? Неужели все ведут себя, как идиоты?

За усмешкой он попытался скрыть, как его это задело.

— Никогда не пытался соблазнить лондонскую леди предложением руки и сердца. Кто знает, может, и получилось бы из этого что-нибудь, но теперь слишком поздно, мне кажется.

— Действительно слишком поздно. — Улыбка у нее получилась опасной. — В любом случае это вряд ли сработало. Вам нужно было подумать об этом заранее, до того, как истратили свой шанс, женившись из делового расчета, вступив в целомудренный брак.

— Вы продолжаете употреблять это слово — «целомудренный», — отметил он. — Не вполне понимаю, что вы под ним подразумеваете.

Она вспыхнула, но все же ответила:

— Это когда муж и жена живут по отдельности, всегда, и на значительном расстоянии друг от друга. — Подняв руки, Бианка развела их в стороны фута на два, оценила расстояние между ладонями и увеличила его футов до трех. — Предпочтительно на лигу друг от друга, а лучше больше.

— Ну, это не то, что мы получили, — мягко напомнил Макс. — Расстояние в каких-то двести ярдов на целый день!

— Да, всего-то, — пробормотала Бианка. — Завтра мы должны постараться увеличить его.

Они возвращались в Поплар-хаус по тропе, которая вилась среди деревьев, огибая холм с возвышавшимся на нем Перузия-холлом. Сейчас их уже было не видно от фабрики, тем более что все рабочие разошлись по домам.

Макс замедлил шаги и проговорил:

— Вы очень много размышляете над статусом нашего брака.

Бианка изобразила возмущение, но шаги тоже замедлила:

— Да, пожалуй. Надо либо перестать о нем думать вообще, либо постараться забыть, что такое случилось.

Он засмеялся:

— Возможно, правильнее не перестать об этом думать, а просто думать иначе.

Бианка вскинула брови.

— И превратиться в жеманную дурочку, которая станет смотреть вам в рот и соглашаться со всем, что скажете? Ой, мистер Сент-Джеймс! — Она покачала головой. — Разве вы не находите, что это по меньшей мере глупо?

— Нахожу, — согласился он. — Мне нравятся женщины живые, с характером.

— Но это явно не про жену, — заметила Бианка с коварной улыбкой.

— Изначально, возможно, так и было, но судьба, кажется, сама ведет меня в нужном направлении. — Он опять ей улыбнулся. — Именно так она обходится и с вами.

Ему стало интересно, был ли у нее поклонник или тот, кого она воображала поклонником. Это был один из вопросов, что засел глубоко в сознании и заставил его внимательно прислушиваться к любой информации о своей молодой жене. Если Бианка испытывает к кому-то чувства, то это полностью исключает все подозрения насчет ее причастности к организации этого брака.