Книга Любимый плут, страница 55 – Кэролайн Линден

— Если вы оба так счастливы, я, пожалуй, оставлю вас и вернусь к своей работе.

— Разумеется, — подчеркнуто интимно поклонился ей Макс, удержал ее руку, когда хотела проскользнуть мимо, и поднес к губам. — Не хотелось бы отрывать вас от любимого дела: я же знаю, насколько это важно для вас и для Перузии.

Она поджала губы и, когда Макс отпустил ее, быстро вышла из комнаты, прошуршав юбками и с досадой взглянув на него.

Широко улыбнувшись, Тейт закрыл за ней дверь.

— Ну что ж! Начало кажется многообещающим, не так ли?

Весь вчерашний день Сэмюел метался между беспокойством, извинениями и гневом из-за характера и своеволия своей дочери. Макс не мог бы с уверенностью сказать, жалел ли Тейт о своем поведении в церкви или просто хотел получить от него заверения, что все идет как надо. От него не ускользнуло, что Бианка и Тейт не обменялись даже парой слов ни вчера, во время свадебного завтрака, ни сейчас: она все время, что находилась в конторе, простояла к нему спиной.

Но она сама пришла в контору, и Тейту этого, судя по всему, было вполне достаточно для примирения. Сегодня, как ему показалось, шторм миновал, а значит, можно идти прежним курсом.

У Макса возникло ощущение, что в этом Бианка похожа на своего отца. В первый раз, когда его пригласили в Перузию на ужин — несколько месяцев назад, — он заметил, что Кэтрин Тейт могла сколько угодно вежливо выслушивать любого гостя, какой бы вздор тот ни нес. С Бианкой было все иначе: она моментально улавливала суть любого спора и сводила его к паре фраз, оставляя философов хлопать глазами и в недоумении смотреть на нее. Со своим острым быстрым умом она терпеть не могла пустословие, двигалась не по-женски быстро, говорила уверенно и без кокетства, легко загоралась и не скрывала своих чувств.

Максу безумно нравилась ее уверенность в себе, он даже немного завидовал ей. Его, однако, приучили к тому, что всему свое время: когда-то хороша такая смелость, а когда-то лучше придержать язык и послушать. Порой можно и нужно выпустить пар, отдаться гневу, но есть моменты, когда приходится наступать на горло собственной гордости и даже пресмыкаться. Есть время действовать и время наблюдать, выжидать и учиться, а когда настанет нужный момент, просто забрать то, что хочется.

А потому он ответил улыбкой на полный надежды вопрос Тейта.

— Это все очень неожиданно для нас обоих. Конечно, понадобится время, чтобы получше узнать друг друга. — Сделав паузу, Макс добавил: — Но я верю, что начало положено благоприятное.

Этим вечером в шесть, когда прозвучал колокол, Макс стоял в ожидании у главных ворот. Весь день он просидел в конторе, как и посоветовала Бианка, но теперь пришло время проявить внимание к молодой супруге.

Через несколько минут она вышла из своей удаленной мастерской, надела соломенную шляпку, которая скрывала ее лицо, и, наклонив голову, принялась натягивать перчатки. Он увидел, как ее лицо осветила широкая улыбка, когда ее кто-то окликнул и, выпрямившись, она помахала рукой, приветствуя знакомую.

Взгляд Макса задержался на этой улыбке. Такую искреннюю и беззаботную улыбку он видел у нее всего несколько раз. Как же преобразилось сразу ее лицо — глаза, которые стали голубыми, сияли, губы словно обрели сочность.

Весь день он внимательно прислушивался к разговорам, стремясь узнать как можно больше о женщине, ставшей его женой. Макс считал, что они очень похожи друг на друга, хоть она пока этого не сознает. Бианка принялась язвить по поводу того, что он так легко согласился на замену невесты, но, когда Макс ответил ей тем же, ушла в глухую оборону. Он решил, что они оба поддались чувствам, а не рассудку. Но если ее импульсивность была рождена гневом и обидой, то его — стальной решимостью не выпускать из рук подвернувшуюся возможность.