Книга Зимние Боги и Змеи, страница 155 – Венди Хейсс

Я кивнул.

— Более чем. Она такая же странная, как я и думал, — надел белую рубашку и не удержался от насмешки. — А чего она не любит?

Пенелопа на несколько мгновений притихла, затем нахмурилась, сосредоточенно думая.

— Ну… вас, во-первых. Сейчас она особенно на вас зла. На днях я нашла листок с вашим именем. Она зачеркнула его тысячу раз и едва не продрала бумагу насквозь, — я прикусил губу, удерживая смешок, а она продолжила. — Шпильки, мясо, о боги, рыбу. Дайте ей рыбу, и она затрясётся, как я при виде пауков. Свои глаза…

— Почему? — резко перебил я, а потом прочистил горло и спросил уже спокойнее. — Почему их?

— Они от её отца. И это подводит нас к главному. Сильнее всего она не любит отца, — Пенелопа постучала пальцем по подбородку, а потом вдруг подпрыгнула, словно вспомнила ещё кое-что. — Зеркала. Их она тоже терпеть не может.

— Зеркала? Что ей сделали зеркала?

— Она говорит, что из них смотрит что-то другое, — Пенелопу передёрнуло. — Чёрная тень, так она говорит. Она правда странная. Рассказывает самые зловещие вещи так буднично, будто говорит о погоде.

В дверь громко постучали, давая понять, что её отряд готов к выезду. Я повернулся к юной служанке.

— Когда вернусь, расскажешь мне всё, что она не любит.

Она нахмурилась и надула губы.

— Она может снести мне за это голову.

— Тогда я не стану причиной. Спасибо за форму.

Она удивлённо моргнула.

— Вы ведь понимаете, что я пошутила?

Понимал ли я? Я бы не стал считать невозможным, что принцесса и правда её обезглавит.

— Пенелопа? — позвал я, снова остановив её. — Ты знаешь священника по имени Мердок?

С того дня меня не отпускало любопытство. Я хотел понять, правда ли тогда в ней был страх.

Лицо Пенелопы резко помрачнело, и она кивнула.

— За это ты тоже можешь лишиться головы?

Она покачала головой.

— Он священник. По крайней мере, любит себя так называть, — она глубоко вдохнула. — Раньше он запирал всех троих в северной башне. Отец рассказывал мне, что он… изгонял из них демонов. Люди страшно боялись их троих, и король пытался успокоить бунт, который они вызвали. Мой отец был стражем Сноулин, поэтому он говорил, что с ней Мердок был особенно… жесток. Он рассказывал людям, что её демон труднее всего поддаётся, поэтому держал её там дольше. Иногда несколько ночей подряд.

Я сохранил невозмутимое лицо, хотя внутри меня уже сыпались проклятия.

— Никто ей не помог?

Пенелопа пожала плечами с подавленным видом.

— Никто не мог. Многие и не хотели.

Сколько ей тогда было? Ребёнок. Она должна была болеть, как ребёнок, кем бы она ни была.

Она стояла в окружении солдат и Мала, который был одет так же, как я. Последний, увидев меня, улыбнулся и покачал головой. На нас была Исийордская одежда, но Исийордцами мы не выглядели. Любое существо с двумя рабочими глазами заметило бы разницу.

— Скоро она сделает нас всех своими солдатами, — сказал он вместо приветствия.

— Скорее уж убийцами. Хотя убивать она предпочитает сама, — я поискал взглядом её отсутствующих друзей и добавил. — В основном.

Уже неделю мы ездили с патрулями по югу Исийорда. Города там были неприступными крепостями из камня и льда. Мастерских и рабочих хватало, но земля почти ничего им не давала. Скот плодился хорошо, однако из-за бесплодной почвы сено и корм приходилось ввозить. Рыболовство, лесное дело и кузнечное ремесло кормили разные города и держались крепко. Сталь Исийордцы обрабатывали не хуже нас, им недоставало лишь чёрной стали для оружия высшего качества. Я начал понимать, почему Сайлас хотел договора: с нашей помощью он мог восполнить недостающее и облегчить жизнь своему народу.