Книга Право сильного, страница 189 – Юлия Арниева

— Катрин, — произнесла она, не отрывая взгляда от карт, — а куда ваши хозяйки будут выплескивать помои?

— Квинта, — объявил Артур.

— Не годится. — Леди Уилкс сбросила карту. — В Лондоне, например, их выплескивают прямо из окна. Я однажды лишилась шляпки на Флит-стрит. Новой, Катрин. С вишнями. Представляете, что стало с вишнями?

Я представила настолько отчетливо, что невольно поморщилась. В Саутуорке мне не раз приходилось обходить грязные потоки, текущие вдоль мостовых, а в Лидсе я видела двор, где колодец находился в десяти шагах от выгребной ямы.

— Вы правы, — признала я, придвигая к себе план. — Нужны стоки. И лучше сразу подземные, с уклоном к реке. Если проложить трубы вдоль улиц и сделать отвод от каждого дома, можно будет…

Я замолчала, разглядывая нарисованные прямоугольники. Представить, как это должно выглядеть, мне было нетрудно, но между представлением и настоящим строительством лежали расчеты, уклоны, сечения труб и столько обожженной глины, сколько Марши не сделают и за два лета.

— Можно будет что? — заинтересовалась леди Уилкс.

— Пока не знаю. Мне понадобится инженер.

— Радд, — подсказал Моррис из-за газеты.

— Разумеется, Радд, — отозвался Артур, выкладывая карту. — Я надеялся, что, пока он в отъезде, в доме хоть несколько дней будут говорить о погоде. Но разве с графиней такое возможно? За завтраком моя жена рассуждает о насосах, за обедом мы обсуждаем устройство паровых машин, а к ужину добираемся до клапанов. Сегодня леди Уилкс, которая прежде могла целый вечер занимать общество рассказами о лондонских скандалах, полчаса объясняла мне, какой ширины должны быть улицы, а теперь заговорила о сточных канавах. Едва вернется Радд, вы с ним непременно приметесь обсуждать водопровод в лечебном доме.

— Между прочим, водопровод в лечебном доме избавил бы прислугу от необходимости носить воду ведрами, — заметил Моррис.

— Не сомневаюсь. И непременно сделает наших больных гораздо более приятными собеседниками. — Артур посмотрел на свои карты. — А ведь когда-то в этом доме говорили о вещах, действительно заслуживающих внимания. Кто из соседей проиграл состояние, чья дочь сбежала с офицером, кому отказали от дома. Леди Уилкс, неужели в Лондоне больше никто не разводится?

— Почему же? — Она задумчиво выбрала карту. — Лорд Фентвик, кажется, окончательно разошелся с женой. Говорят, она уехала к матери и забрала с собой попугая.

— Благодарю вас. Вы вернули мне надежду, что английское общество еще не окончательно погрязло в устройстве канализации.

— Боюсь, ненадолго, Артур. — Леди Уилкс положила карты на стол. — Четыре туза. Вы снова проиграли.

— Вот видите, Моррис, — заметил Артур, даже не взглянув на ее карты. — Стоило мне завести приличный светский разговор, как меня немедленно обобрали.

Я рассмеялась и снова склонилась над планом, прикидывая, не отодвинуть ли дома так, чтобы трубы не пришлось вести под фундаментами.

В дверь негромко постучали, и вошла Шарлотта с двумя письмами в руках.

— Простите, миледи. Почту из Нориджа привезли только к вечеру, я взялась ее разбирать и увидела эти. Мне показалось, что откладывать их до утра не следует.

Она протянула конверты, и я сразу поняла причину ее беспокойства. На одном красовалась печать с тремя страусовыми перьями, на другом был отчетливо виден якорь.