Книга Ловушка шелкопряда, страница 68 – Рин Чупеко

В лучшем случае я смогу позаботиться о рваных ранах у него на груди. Я вылил на них немного воды и перевязал глубокие порезы бинтами из аптечки. Мужчина, все еще всхлипывая, потерял сознание. На изорванных остатках рубашки я увидел логотип «Охоты на призраков», и у меня не осталось сомнений, что он – член съемочной группы. Это вселило в меня надежду на то, что Кагура и другие, возможно, тоже выжили, но также и страх, что все они столкнулись с тем же призраком, который так ужасно обошелся с этим парнем.

Окику сидела на вершине небольшой груды обломков и смотрела на мужчину так, будто перед ней была ядовитая змея. Я прогнал подругу, потому что медсестра из нее вышла бы не очень компетентная.

— Вы не умрете, – сказал я мужчине, стараясь, чтобы мои слова прозвучали не слишком мрачно. Я действительно не хотел, чтобы на моей совести оказалась еще одна смерть. К тому же, если я надеялся найти его товарищей живыми, нужно, чтобы он продолжал дышать и рассказал мне обо всем, что случилось.

Через несколько минут мужчина пришел в себя, и я дал ему воды из бутылки. В голову пришла мысль, что в этом месте, похоже, нет чистой питьевой воды, а поскольку мои запасы истощились более чем наполовину, позже нужно будет что-то придумать.

— Ты не призрак, – прошептал мужчина, сделав последний глоток.

Я подавил желание съязвить и вместо этого понизил голос, чтобы звучать успокаивающе.

— Нет, я друг Кагуры. Вы же из команды охотников за призраками? – Ответом мне послужил лишь слабый стон. – Я искал вас. Вам известно, где остальные?

— В храме. Они направились к храму…

— Я был в храме. Он заколочен.

Мужчина попытался покачать головой, но снова застонал от боли. Я подложил ему под спину свернутый футон. У нас не так много одеял, поэтому я рад, что дом достаточно прочный, чтобы не пропускать сквозняки.

— …Другой путь, – с трудом выдохнул мужчина. – Есть другой путь…

— Другой путь в храм? Где он?

— Куклы, – всхлипнул мужчина. – Мисс Кино…

Силы покидают его, и он снова впадает в беспамятство.

Я хмуро смотрю в потолок, словно ожидая, что оттуда на меня обрушится ответ. Затем, порывшись в рюкзаке, достал видеокамеру. От одной мысли об этом видео у меня мурашки бегут по коже, но я не могу заставить себя удалить его из-за абсурдной, извращенной идеи, что в нем все еще может быть полезная информация, которую я упустил.

Я прокручиваю второе видео с интервью Кагуры, пока не добираюсь до нужной части.

— У него была приблизительная карта самой деревни. Не могу поручиться за ее точность, но на некоторых домах были указаны фамилии… Всего их семь, – говорит Кагура. – Считалось, что это семьи семи девушек, которые были принесены в жертву…

Я снова нажал кнопку, но вскоре останавливаю перемотку.

— Если не возражаете, перед тем как мы отправимся в путь, мне хотелось бы сделать копию для каждого члена группы, – говорит на этот раз Гаррик. – Возможно, карта неточная, но это лучшая зацепка, что у нас есть.

Бинго.

Копаться в брюках лежащего без сознания мужчины, когда они все еще на нем, не входит в число моих заветных желаний, но, учитывая, как много поставлено на карту, я пробормотал извинения и начал рыться в карманах с таким рвением, будто от этого зависела моя жизнь. Я нахожу зажигалку, бумажник (в водительских правах указано имя Алан Джордж) и листок бумаги, который я с нетерпением развертываю.