Книга Последний рассвет, страница 134 – Анна Тодд

— Давай примем душ, – тихо предлагаю я, осторожно касаясь его плеча.

Я ждала, что Джулиан отшатнется, а он начинает дрожать, из пересохшего горла вырываются судорожные всхлипы, в глазах застыли стыд и вина.

— Не нужно было сюда приходить, – плачет он, пряча лицо в колени и покачиваясь.

Опустившись на пол рядом с ним, я даю Джулиану пару минут тишины, собираясь с мыслями.

— Я здесь, я с тобой… Это единственное место, куда я хочу приходить снова и снова.

Он медленно поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

— Ты не должна была приходить… убирать за мной мусор… Я хуже животного.

Я обнимаю его липкое от пота тело. Джулиан безутешно рыдает.

— Я не хотел, чтобы ты видела меня таким. В таком… состоянии. Я держался до последнего.

— Прекрасно тебя понимаю. Я тоже не планировала биться в падучей у тебя на глазах, но что-то пошло не так.

— Ри… – выдыхает он мое имя, и в этом вздохе слились облегчение и горечь, стыд и агония.

Джулиан крепко меня обнимает, и мы сидим, потеряв счет времени, пока не перестает дрожать его изможденное тело. Наконец он поднимает глаза, и теперь настает мой черед плакать.

— Прости меня. Та наша ссора, твой скорый отъезд, твоя мама… Она выглядела такой безупречной – само совершенство! – а здесь у меня… настоящий хлев. Увидел ее – и сломался. Я слышал… подслушал, как она говорила о том, что ничего у нас не получится, ведь они с отцом пытались и потерпели неудачу… Ты заслуживаешь большего, Ория. Мне нечего тебе предложить – ни денег, ни почвы под ногами. Я босяк с расшатанной психикой, а тебе нужен кто-то цельный и сильный. Ты меня спасаешь, опекаешь… Не надо. Это я должен быть твоей опорой.

Я слушаю Джулиана, не перебивая. Его отчаяние очевидно – он на грани нервного срыва.

— Мы можем стать опорой друг для друга. У нас все наладится, вот увидишь, – говорю я, гладя его нечесаные волосы.

— Я и о себе-то не могу позаботиться, Ория! Как я могу заботиться о тебе?

— Давай двигаться шаг за шагом? Первый шаг – душ.

Я беру его за руку и веду в ванную. Молча намыливаю его голову, тело. На его щеки постепенно возвращается румянец, в глазах появляются признаки жизни. Каждый раз, когда Джулиан пытается извиниться, я его останавливаю.

— Я люблю тебя любым, Джулиан. Запомни: в самый темный и страшный час я буду рядом. Я учусь искать свет во мраке. Пусть порой я цинична, но я искренне стремлюсь к свету. Мы ведь уже говорили о недостатках, помнишь?

— Да я весь – сплошной недостаток, Ри! Большую часть своей жизни я не видел и намека на чертов свет! По крайней мере, до встречи с тобой.

Амара когда-то обмолвилась, что у Джулиана есть очень неприятная привычка – исчезать без объяснений. Теперь я понимаю, что это не так. Он просто прячет свою слабость и боль. Боль, о которой никто не догадывается.

— Я могу вывести тебя на свет, Джулиан. Только не сопротивляйся, перестань убегать. Потому что я никуда не денусь. Я всегда найду тебя.

— Это не так просто, – с горечью произносит он, зарываясь лицом в мою грудь. – Я буду стараться больше не убегать, но боюсь, это будет непросто.

— А ты будь рядом, ладно? Просто будь рядом со мной, – шепчу я, нежно массируя пальцами кожу его головы.

Джулиан одевается, и тут мы замечаем, что под дверью кто-то заботливо оставил пакет с продуктами. Матео… Я выбегаю на улицу, чтобы поблагодарить, однако его и след простыл. После третьей тарелки Джулиан наконец успокаивается. Мы сидим в тишине – слова сейчас лишние.