Книга Последний рассвет, страница 112 – Анна Тодд

— Ты все-таки передумал насчет очков? – поддразниваю я.

— Они здесь, я здесь… – пожимает плечами Джулиан. – Сегодня будет много солнца.

— Просто признай, что они тебе нравятся, – смеюсь я, показав ему язык.

— Никогда! – с шутливым негодованием восклицает он и, подмигнув, кладет новую капсулу в кофе-машину.

— Ты невыносим, – со вздохом заключаю я и плюхаюсь обратно в постель.

— Ты тоже, amor meu, – говорит Джулиан. Моего каталанского достаточно, чтобы понять, эти слова. Любовь моя…

Я перекатываюсь на живот и зарываюсь лицом в подушку, изображая фальшивый храп.

Тишину нарушает медитативное жужжание кофе-машины: эспрессо медленно льется в чашку. Я уже собираюсь поднять голову, чтобы посмотреть, куда подевался Джулиан, и в этот момент он вероломно хватает меня за ноги и стаскивает с кровати. Я визжу от неожиданности, а он, посмеиваясь, легко перекидывает меня через плечо и несет в ванную. Я брыкаюсь и пытаюсь защекотать его до смерти… увы, Джулиан не боится щекотки.

— Пора вставать, Спящая красавица. Тебя ждут кофе и расческа.

Я смотрю в зеркало, волосы как будто в порядке…

— Попалась! – смеется Джулиан. – У тебя двадцать минут, так что поторопись. А то стану еще невыносимее!

— Куда уж больше, – ворчу я, расстегивая пуговицы его рубашки, в которой спала.

— Совершенству нет предела, дорогая.

— Ладно, ладно. Ты хоть намекни, куда мы идем? – прошу я, капризно надув губы.

— Нас ждет путешествие в прошлое, – говорит Джулиан, обнимая меня сзади.

Я вопросительно наклоняю голову, глядя на его отражение в зеркале. Похоже, он задумал что-то грандиозное…

— Тебе бы переодеться… хотя ты чертовски сексуальна в таком виде! – Джулиан многозначительно смотрит на мои бедра, которые едва прикрывает его рубашка. Похоже, ему нравится то, что он видит.

Я быстро натягиваю поверх купальника шорты и простую белую майку с вырезом. В ложбинке между ключиц поблескивает подвеска. Джулиан приносит мне кофе, таблетки и не меньше сотни поцелуев. Мы оба перемазываемся моим блеском для губ, и я, аккуратно вытерев влажным полотенцем его щеки и подбородок, заставляю Джулиана нанести солнцезащитный крем – к его великому огорчению.

Спустившись в вестибюль, мы встречаем Амару.

— Привет, ребята, сто лет не виделись! – радостно кричит она.

Амара с восхищением отмечает, как шикарно выглядит Джулиан в этих очках и одежде, а он что-то недовольно бурчит на испанском. Амара весело смеется в ответ.

— Слышала, твоя мама сражалась с инвесторами не на жизнь, а на смерть, так что будь осторожна. Я знаю, ты стараешься ее избегать, – шепчет Амара.

Интересно, когда началась эта битва? Не на том ли злополучном приеме, когда дочь Изольды Перы рухнула в бассейн в момент величайшего триумфа SetCorp? Или же дорогие гости остались равнодушны к досадной помехе и продолжили пить и набивать животы? Что ж, утешает одно: их деньги пошли на благое дело. Надо будет спросить у Лены, сколько удалось собрать. Мама не любит распространяться о таких вещах.

Так и вижу, как мама возвращается в зал, бодро заявляя, что ничего страшного не случилось: дочь, мол, почувствовала недомогание – так, легкий спазм в животе, ничего серьезного, проводили ее в номер… Я гадаю, стоит ли сказать правду Амаре, когда Джулиан тянет меня за руку, и я, чмокнув подругу на прощание, следую за ним в новый день.