Книга Покоренные, страница 44 – Ульяна Соболева

— Вот поэтому говорите только по моему сигналу, — сказал переговорщик.

Карина прикрыла разбитую губу ладонью, но я увидел усмешку.

— Он вас раскусил быстрее меня, — сказала она.

— У него инструкция.

— У меня был брак под угрозой. Метод сложнее.

Шутка ударила старой правдой. Я не стал защищаться. Просто повторил специалисту правила: не приближаться, не давать технических советов, не обещать исход, не спорить с Сониным страхом. Если связь обрывается, замолчать и ждать резервного канала. Если девочка зовёт мать, не выдумывать, что та стоит за ограждением. Голос должен удерживать настоящее, а не строить новую ложь.

— Я буду говорить из-за укрытия, — объяснил он. — Вы продолжите с громкоговорителя, пока группа готовит подход. Никаких самостоятельных обещаний и советов по устройству.

— Понял.

Я вышел из машины вместе с сотрудником. Карина поднялась следом.

— Останься, — сказал я.

Слово сорвалось раньше мысли. Её лицо закрылось. Старый Саид мгновенно попытался вернуть женщину в безопасное место приказом, будто безопасность становилась моей собственностью. Я остановился у двери.

— Нет. Исправляю. Медик разрешил тебе работать только здесь, и командир не допускает тебя к площадке. Я хочу, чтобы ты соблюла это решение. Но не имею права выдавать его за мой приказ.

Карина смотрела несколько секунд.

— Уже ближе к человеческой речи.

— Учитель строгий.

— Ученик опасный.

— Поэтому и повторяем.

Она сама поправила провод гарнитуры на моём воротнике, не коснувшись кожи.

— Не подходи к устройству, если сапёр не скажет. Ты там нужен голосом, не руками.

— Согласен.

— И не пытайся искупить моё прошлое спасением ребёнка. Соня — не я.

Я выдержал её взгляд. — Знаю.

— Нет, — тихо сказала Карина. — Ты стараешься знать. Этого пока достаточно.

Она задержала руку возле провода и добавила:

— И ещё. Мой выезд к Авре был нарушением нашего протокола. Я оставила метки, сигнал и резервный телефон, но скрыла источник и пошла одна. Это моя ошибка, не доказательство, что ты должен снова запереть меня.

— Я уже думал об этом.

— Конечно. Наверняка выбрал новые замки.

— Выбрал человека, которого хотел обвинить. Потом увидел твои приготовления и понял: ты не бежала. Ты работала плохо в одном месте и хорошо во всех остальных.

— «Плохо в одном месте» — почти нежность от Саида.

— Не рассчитывай на повторение.

Она стала серьёзной. — Мы разберём это после. Ты скажешь, где я подставила группу. Я скажу, где твоя проверка превратилась бы в запрет. И ни один из нас не будет использовать сегодняшнюю кровь как последний аргумент.

Мне хотелось ответить, что после такого я не переживу ещё одного её тайного выезда. Это была правда о моём страхе, но не правило для её жизни.

— После, — согласился я. — Если захочешь продолжать работать со мной.

— Я уже работаю с тобой. Не путай партнёрство с пожизненной индульгенцией.

— Не путаю.

В её взгляде промелькнуло недоверие, привычное и заслуженное. Потом Карина отпустила провод. Она вернулась к экрану. Я пошёл по защищённому коридору к бетонному укрытию, откуда через оптику видел Соню. Между нами оставалось больше тридцати метров. Робот медленно обошёл стул, передавая изображение со всех сторон. Девочка следила за ним глазами.

— Соня, это Саид, — сказал я в микрофон.