Книга Покоренные, страница 41 – Ульяна Соболева

На отдельном канале проверяли окружающие здания на вторичные устройства. Пожарные отключили автоматический запуск насосов только после того, как убедились, что это не нарушит работу защитного водяного контура. Связисты оставили резервную линию для сапёров. Каждая мера отнимала секунды, зато не превращала спасение Сони в новую аварию.

— Сколько до неё? — спросила Карина.

— От этой машины четыреста двадцать метров, — ответил командир сапёров по связи. — От укрытия группы — сорок. Прямой подход не разрешаю, пока дистанционно не осмотрим устройство и окружение.

— Она слышит вас?

— Пока только громкоговоритель робота. Переговорщик установил контакт.

Соня подняла голову на очередную фразу. Лицо было грязным, слишком серьёзным для ребёнка. Она отвечала коротко, стараясь не плакать. Таймер на коробе показывал четырнадцать минут, но специалист сразу предупредил: цифры могли быть декорацией, а управление — внешним.

— Не называйте время гарантией, — сказал он. — И не делайте выводов по видимым проводам. До рентгена никто к устройству не прикасается.

Карина смотрела на изображение, сжав пальцы в замок.

— Где папа?

На втором мониторе открыли запись с камеры западного поста. Андрей находился за бетонным блоком, там, где ему приказали оставаться. Через сетчатое ограждение он увидел Соню. Девочка вышла из технической двери одна, остановилась на площадке и подняла куртку, показывая устройство. Андрей сделал шаг, но остановился после команды по рации. Потом из динамика над насосной заговорил Фарид. Запись была без хорошего звука. Аналитик усилил дорожку.

«Оружие на землю, Воронов. Ребёнок привязан к датчику. Попробуют приблизиться — сработает».

Андрей потребовал отпустить Соню. Фарид рассмеялся и предложил обмен: он не приводит устройство в действие, если Воронов проходит через калитку один. Официальный командир запрещал. Андрей снял пистолет, положил его возле блока и поднял руки.

— Папа сознательно пошёл, — сказала Карина.

— Да, — ответил координатор. — Это нарушение приказа, но не случайная ловушка. Он видел устройство и принял решение, рассчитывая сохранить ребёнку жизнь. На внутренней камере его встретили двое. Через девяносто секунд камера погасла. Машина ушла по сервисной дороге, номер закрыт. Внешние посты получили ориентировку.

— Почему не перекрыли дорогу?

— У восточного выезда одновременно открыли пожарный клапан и пошёл пар. Пост потерял обзор меньше чем на минуту. Сейчас проверяем все камеры дальше. Воронов жив на последней записи.

Карина закрыла глаза. Я хотел сказать, что Андрей поступил как отец. Это было бы неправдой: он поступил как мужчина, десятилетиями носивший внутри ребёнка, к которому не успел. Фарид сунул в эту рану чужую девочку и дёрнул.

Командир зафиксировал время, приказ, ответ Воронова и последствия. Позже каждый шаг войдёт в разбор операции. Сейчас он разложил успех Фарида на цепочку: угроза ребёнку попала в старую рану Андрея; чужой доступ открыл служебные ворота; минутный паровой сброс закрыл обзор; заранее подготовленная машина забрала заложника. Четыре точных звена — и каждое можно было искать отдельно.

— Папу будут судить за нарушение? — спросила Карина.

— После спасения он даст объяснение, — ответил координатор. — Сейчас его решение учитываем как факт, а не как основание бросить ребёнка или повторить попытку.