Книга Покоренные, страница 10 – Ульяна Соболева

— Что он видел?

— Только заявки поставщиков, ворота и старые номера охраны. Внутренние камеры закрыты другим уровнем.

— Скопировать образ системы, отключить токен, ничего не чистить. И перестань называть женщин госпожами, если от этого у тебя отключается разум.

Он кивнул и ушёл. Авра смотрела на меня, уже не скрывая страха.

— Я не входила извне.

— Значит, кто-то входил твоим именем.

— Я не давала пароль.

— Пароль можно украсть. Время и маршрут ты кому дала?

Она сжала губы. Я почувствовал, как ногти входят в ладонь. Старая часть меня предложила простой способ заставить её говорить. Та часть когда-то считала чужое тело дверью, которую разрешено ломать, если за ней лежит нужный ответ. Так я вошёл в Карину в брачную ночь. Она говорила «нет», а я выбрал услышать долг, месть и собственное желание. Потом резал ладонь и лгал дому, но не ей: Карина знала, что произошло. Я тоже знал. Никакая кровь на простыне не могла сделать меня мужчиной, который остановился.

— Следователь спросит ещё раз, — сказал я Авре. — И ты ответишь ему, не мне.

Снаружи затормозили две машины. Первыми вошли люди официальной группы: женщина-криминалист с кейсом, мужчина в штатском, двое сотрудников охраны периметра. За ними появился Максим. Чёрные волосы растрепал ветер, синие глаза были такими яркими, что рядом любая злость выглядела бледно. Он не протянул мне руку.

— Где она?

Я показал карту. — Последняя точка телефона здесь. Фургон должен был остановиться в двух километрах дальше.

— Андрей едет отдельно. Если мы не найдём её, убивать тебя будет он. Я подпишусь свидетелем.

— В очередь.

— Даже очередь у вас семейная, — сухо сказала женщина-криминалист и поставила кейс на стол. — Все телефоны на поверхность. Никто ничего не открывает без копии. Госпожа Авра, вы проходите со мной.

Авра не посмотрела на меня. Передала свой обычный аппарат, затем дешёвый телефон из пакета. Женщина надела перчатки, отключила устройства от сети и убрала в защитные чехлы. Действия были медленными, почти скучными. Именно поэтому я им доверял больше, чем красивой ярости мужчин вокруг. Зазвонил защищённый аппарат Орса. Он ответил, слушал десять секунд и включил громкую связь.

— Патруль нашёл фургон поставщика у закрытой сервисной зоны. Водитель жив, удар по голове, сейчас передают медикам. Серой машины нет. Камера на соседнем складе работала локально, владелец дал запись.

На планшете появилось зернистое изображение. Белый фургон въезжает между бетонными стенами. Через минуту открываются задние двери. Карина выпрыгивает первой, пистолет в руке. Мужчина в синей куртке держит водителя у капота, второй приставляет оружие к его шее. Карина опускает ствол не сразу. Что-то говорит. Потом бьёт ближайшего локтем, выворачивается, оставляет ногти на чужом лице. Её валят втроём.

Я приблизил кадр. Она была взрослая, злая, подготовленная. И всё равно лежала на бетоне, потому что людей оказалось больше и один из них знал, где она остановится.

— Время? — спросил Максим.

— Тринадцать тридцать восемь, — ответил криминалист. — Машина вышла к МКАД через четыре минуты. Запрос на городские камеры уже отправлен. Ответ не мгновенный.

— Номер?

— Подложный. Но есть повреждение правой задней двери и наклейка на стекле. Патрули получили ориентировку.