Книга Бывшие. Лапочка-дочка для босса, страница 38 – Марго Лаванда

Через час Сонечка просыпается. Кормлю её, меняю подгузник, играю. Потом снова укладываю. Сажусь за ноутбук. Потом ужин. Потом купание. Потом сказка на ночь.

Руки заняты, голова занята, но в груди всё равно ноет. Пустота, которую ничем не заполнить.

Перед сном достаю телефон, смотрю на экран. Сообщений нет. Ни от Инны, ни от Руслана. Хорошо. Значит, можно выдохнуть.

* * *

Утром следующего дня — звонок в дверь. Курьер, с огромным пакетом со знакомой эмблемой интернет-магазина.

— Распишитесь, — протягивает терминал.

Я расписываюсь дрожащими руками, забираю пакет и закрываю дверь.

Нина Сергеевна выходит из кухни, вытирая руки о фартук:

— О, что там у тебя, Надюш? Упаковка какая красивая!

— Платье… Я как раз хотела с вами поговорить что вечером на работе мероприятие… Точнее, в ресторане, но устраивает все начальство и мне надо там присутствовать… Я хотела, пыталась отказаться, но не вышло.

— Платье? Ну-ка, ну-ка, показывай! Очень интересно! И разумеется надо идти на рабочее мероприятие. Ты же знаешь мне совсем не сложно быть с Соней! Я так рада что ты выберешься! — соседка на удивление полна энтузиазма, словно это ее пригласили в ресторан. Я невольно улыбаюсь.

Открываю упаковку, достаю платье под громкое аханье Нины Сергеевны.

— Боже, какая красота!

Платье действительно очень красивое. Лучше чем на картинке. Нежно-голубое, почти воздушное, струящееся, как вода. Ткань приятно холодит пальцы, переливается на свету, обещая превратить меня в кого-то другого.

— Примеряй скорее! — торопит Нина Сергеевна. — Давай, давай, не томи!

Ну что ж, на самом деле примерка нужна — вдруг не сядет. Я ухожу в комнату. Все — идеально. Наряд струится по фигуре, подчеркивает талию, открывает плечи. Длина до щиколоток — тоже идеальна, а изысканно-благородный голубой цвет придает коже легкое сияние.

Подхожу к старому трюмо, которое тетя Тамара очень любит и называет раритетом “из своей молодости”, и замираю.

Из зеркала на меня смотрит другая женщина.

Уставшая, с темными кругами под глазами, с растрепанными после бессонной ночи волосами — но в этом платье она кажется почти красивой. Нежной, хрупкой.

— Ой, Наденька! — восклицает Нина Сергеевна, когда захожу на кухню. — Ты как принцесса! Ну просто загляденье!

— Правда? — возвращаюсь к зеркалу в гостиной, снова кручусь перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Платье струится, переливается, делая фигуру стройнее, кожу свежее. Даже круги под глазами стали не такими заметными — или мне просто хочется в это верить. — Спасибо большое… — сто лет столько перед зеркалом не крутилась.

— Истинная правда! — подтверждает соседка. — Вот тот красавчик, отец Сонечки, как увидит тебя — голову потеряет!

— Нина Сергеевна! — смущаюсь и отворачиваюсь от зеркала. — Не надо, пожалуйста.

— А что не надо? — хитро прищуривается соседка. — Ты молодая, красивая, платье такое роскошное. Чего ж не вскружить голову тому, кто тебе небезразличен?

— Он мне безразличен, — пробормотала я, начиная стягивать платье. — То есть, не в том смысле... Ох, я правда не хочу говорить на эту тему! Мне сейчас совершенно не до этого.

— Понятное дело, что все непросто, — ласково говорит Нина Сергеевна. — Иногда страшнее всего самой себе признаться.

Ничего не ответив, вешаю платье в шкаф. Корпоратив уже вечером, но до него у меня много домашних дел.