Книга Тысяча ночей без тебя, страница 49 – Федерико Моччиа

София весело посмотрела на него:

— Прекрасно, мне бы это никогда не пришло в голову.

Андреа пожимает плечами:

— Ну у нас ведь действительно настоящий медовый месяц. Мне просто невероятно повезло, и я счастлив быть твоим мужем.

Выйдя из клуба, Андреа и София шли прижавшись друг к другу.

Она весело встряхнула головой:

— Ты вообще понимаешь? Они используют все те же методы. Почему нельзя придумать фразу посимпатичнее, включить воображение, включить хоть половинку мозга, это же не так трудно…

— Но почему, извини, ты тогда остановилась возле него?

София рассмеялась:

— Слушай, если ревнуют, то обычно сразу идут драться. А ты этого не делал, даже когда мы учились еще в университете.

— А что, тогда был повод?

— Да нет… Я имею в виду, что ни разу не видела, чтобы ты дрался, а сейчас вдруг тратишь время на какого-то проходимца. Он останавливал всех женщин подряд, которые шли в уборную, заставал их врасплох…

— Серьезно?

— Ага, даже его друг уже не мог выдержать его печальных методов. Хорошо, что сработало сказать ему, что мы в медовом месяце.

Андреа открыл входную дверь:

— У меня случилось прозрение тогда. Пара во время медового месяца неприкосновенна. – Он пропустил ее вперед.

София пожала плечами:

— Похоже, что и это не было для него особым препятствием…

Вскоре они вошли в квартиру.

— Хочешь чего-нибудь выпить?

София подошла к балкону, открыла его и вышла наружу:

— Еще? Ты что, хочешь напоить меня? Если я выпью еще хоть что-то алкогольное, мне станет плохо. А вот кофе…

Андреа вставил сначала одну, затем другую капсулу в кофемашину и тут же принес ей кофе.

София села за столик и стала рассматривать красоту римских крыш вокруг:

— Рим так прекрасен. Я скучала по нему.

— А по мне?

София, помешав ложкой кофе, отпила немного:

— Да, конечно, по тебе я тоже скучала.

Андреа какое-то время молчал, затем сделал последний глоток кофе и поставил чашку на блюдце:

— А когда ты выступала на тех концертах?

— Что ты имеешь в виду?

— В те пять дней, когда тебе заплатили очень много, на что мы сделали мне операцию. Тогда ты тоже по мне скучала?

София с удивлением посмотрела на него, внезапно ее словно сковало, ей хотелось ответить ему грубо, но постепенно она успокоилась и стала более невозмутимой.

— Послушай, мы же оба точно знаем, что тогда произошло. Мы с тобой сделали выбор, каждый по-своему. Тебе просто стоило быть честнее и не думать, что я настолько глупая. В общем, раз уж я здесь, то, по-моему, ответ на все твои вопросы очевиден. – И она замолчала.

Андреа кивнул:

— Да, ты права.

— Я просто хочу попросить тебя об одном одолжении. Больше никогда не спрашивай меня об этом.

— Хорошо.

— Я пойду в душ. – И она исчезла в ванной.

Андреа еще какое-то время оставался на террасе. Затем он вернулся, взял бутылку рома «Матусалем», стакан и снова вышел на улицу, чтобы выпить. На самом деле ему хотелось знать все об этих пяти днях. Он прекрасно понимал, что никаких концертов не было. Никто никогда не заплатил бы такую сумму даже за такую выдающуюся пианистку, как София. Скорее, заплатили бы за нее или, точнее, за ее тело… Но вот она сейчас здесь, и всех этих денег не хватило, чтобы заполучить ее, и что бы ни случилось за те пять дней, одолеть ее не получилось. Но факт того, что он ничего не знает, что в жизни его жены есть дыра такого масштаба, сводил его с ума. Он вспомнил фильм «Непристойное предложение» с Деми Мур, Вуди Харрельсоном и Робертом Редфордом. Это было похоже на их историю, только он ни разу не видел, кто был этот другой, в то время как Дэвид Мерфи, персонаж, которого играл Вуди Харрельсон, муж Дианы, знал, кто такой Джон Гейдж, он же Роберт Редфорд. Когда же он узнает, что тот был с его женой, то не может принять этот факт, несмотря на то что они получили миллион долларов и что они с Деми Мур договорились. В конце концов, его одолевает ревность, и он сходит с ума. Андреа продолжил пить. Он уже не помнил, чем закончился этот фильм. Он решил вернуться в дом, закрыл дверь на террасу и поставил ром. Пройдя мимо спальни, он увидел, что София залезла под одеяло и смотрела телевизор. Она переключала каналы в поисках чего-нибудь, что бы ей понравилось. Андреа вошел в ванную, разделся и залез в душ. Горячая струя воды массажировала его тело. Он сделал ее еще горячее, и пошел чуть ли не кипяток. Вот сейчас он почувствовал себя лучше, ему удалось расслабиться. Он вышел из душа и надел халат. Потом вытерся, хорошо расчесал волосы и надел пижаму. Когда он вышел из ванной, в спальне было темно. Поэтому он выключил весь остальной свет в доме и тоже проскользнул под одеяло. София отвернулась к окну. Через ставни проникало немного уличного света, и глаза Андреа постепенно привыкли к темноте. Теперь он видел ее. Ее плечо выглядывало из-под одеяла, лямка ночной рубашки немного слетела и сползла вниз. Андреа пролез под одеялом и приблизился к ней, он обнял ее, вдохнул аромат ее волос и прижался своим телом к ее спине. Чуть подальше от нее он держал свой лобок, чтобы она не могла почувствовать его возбуждение, которое нарастало все сильнее. Он стал наблюдать за ее дыханием и заметил, что оно немного участилось – она еще не спала. Затем он осторожно положил руку ей на бедро. София слегка вздрогнула, но не повернулась. Андреа, подержав некоторое время руку, не двигая, начал осторожно проводить ею вверх и вниз. Он медленно опустил ее немного ниже, пробрался под ночную рубашку и снова поднял ее к животу. Дойдя до трусиков, он дотронулся до их края, нащупал резинку и едва заметным движением попытался ее отодвинуть, чтобы проскользнуть внутрь, но рука Софии остановила его.