Книга Тысяча ночей без тебя, страница 52 – Федерико Моччиа

Савини кивнул:

— Ну конечно, разумеется…

«Еще более здорово, что этому психологу заплатили 115 000 евро и оплатили неделю в гостевом доме с женой и тремя маленькими детьми, чтобы он рассказал мне то, что я и так знал. Этот тип никогда не забудет такого пациента».

Перед тем как выйти из кабинета, психолог достал из сумки папку и оставил ее на столе Савини:

— Я не должен этого делать, но вы с Танкреди решили отказаться от профессиональной этики. Вот результат занятий на этой неделе. Я сказал ему, что он просто влюблен. Возможно, это отрицание в смысле потери человека, связанное с Клодин, восходит к желанию Танкреди вернуться назад во времени и вернуть свою сестру. Это, конечно, невозможно, а вот вопрос с Софией теоретически еще открыт. Короче говоря, это совсем другая история.

В тот же вечер, после ужина, попрощавшись, психолог улетел вместе с семьей на гидросамолете.

Савини приготовил для них двоих ром отличного качества и шоколад, а затем пригласил Танкреди в гостиную:

— Я хочу прочитать тебе заметки, которые оставил психолог. Возможно, они помогут нам лучше понять твою одержимость Софией. Если ты согласен.

Танкреди сел напротив Савини, взял свой стакан рома, кусок шоколада и затем необычайно спокойно кивнул:

— Да, мне кажется, это будет правильно.

Тогда Савини начал читать заметки о Танкреди. Он останавливался на каждом отдельном фрагменте, на каждом разъяснении, старался не пропустить ни одной записи психолога, надеясь, что в конце концов Танкреди сможет смириться с невозможностью быть с Софией.

— Вот, это все.

Савини закрыл папку и положил ее на стол рядом с собой.

Танкреди сделал последний глоток рома:

— Спасибо. Этот психолог был хорошим. Не понимаю, почему он не попался нам раньше.

Савини улыбнулся, убежденный, что вопрос наконец-то решен.

Но тут Танкреди встал со стула, отодвинув его:

— Приготовь все для меня. Завтра рано утром я вылетаю в Первомайский район, хочу поехать к ней в Россию.

Несколькими месяцами ранее

Первомайский район, Россия

— Спасибо, София. Это был замечательный урок!

Елизавета побежала к маме, радуясь тому, что научилась сегодня играть.

— Да, ты молодец, правда.

Две другие девочки тоже были с ней согласны.

— Вы тоже прекрасно играете.

София похвалила всех, не выбирая себе любимчиков. После того как ее оставили одну, она пошла домой. Она не стала садиться в автобус, а решила прогуляться, но буквально через несколько метров она вдруг поняла, что на улице никого нет. И действительно, сегодня урок длился немного дольше обычного. Затем она испугалась, потому что кто-то внезапно выскочил из переулка.

— Да ладно, я же просто пошутил.

— Ты идиот.

Это были парень и девушка, бежавшие друг за другом. Он в чем-то провинился, а она изрядно на это разозлилась. Может быть, до него все-таки дойдет, может, они помирятся и поцелуются, или же их спор продлится до поздней ночи, как это иногда бывает, и в конце концов как-то все наладится, и, измученные, они лягут спать. София улыбнулась и пошла дальше. Она вспомнила, как в детстве она тоже иногда так спорила с Сальваторе, потом они расстались, и София начала давать концерты по всему миру, и времени на глупые споры не осталось. Но в целом ссориться было здорово, зная, что потом они помирятся каким-нибудь забавным и милым образом, неловко и постепенно приближаясь друг к другу, молча, все еще надувшись и не уступая совершенно ни в чем. Но вот потихоньку они касались друг друга, смотрели друг другу в глаза и, наконец, еще задолго до всяких извинений целовались. И каждый миллиметр, любая дистанция тут же отбрасывались, а расстояние между ними сокращалось. Может быть, в молодости все гораздо проще и простить легче. Вы готовы отбросить всю свою гордость, только чтобы не потерять друг друга, как в том фильме «Жених напрокат», когда Ник говорит Кэт: «Лучше я буду ссориться с тобой, чем заниматься любовью с любой другой женщиной».