Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 60 – Флора Торн

В гостиной, прикованный к стене, висел остановившийся часовой маятник, как будто знающий, что время, отпущенное его хозяевам, прервалось. В камине сквозняк перелистывал старые газеты, обуглившиеся до праха. Комнаты были почти пусты, мебель, закутанная в старые ткани, замерла, как фигуры в детской игре. В комоде Аделаида нашла засохший кусок мыла и пару блеклых пуговиц.

«И вот так вот чувствуют себя детективы, – спрашивала она себя, – прокрадываясь в чужие дома?» Небольшое недоумение и неприятный холодок в районе затылка. В ее книге «Хризантемы по пятницам» детектив Мэнеринг вламывался в особняк убитой вдовы и находил там важные для расследования детали. Аделаида огляделась по сторонам. Видимо, в доме Артура Эшпертона никто разбросанные улики не оставил.

Герхард, скрипя половицами, спустился со второго этажа.

— Ничего. – Он развел руками. – Этот Эшпертон все вещи вынес.

— Ты хорошо осмотрел спальню? – Аделаида почувствовала прилив странной настойчивости. – От миссис Эшпертон должны были остаться какие-нибудь вещи.

— Ничего, – повторил Герхард. – Как будто у нее вообще не было прошлого. Нигде даже не завалялась сеточка для бигудей. Хотя это очень странно, ведь стоит женщине оставить хоть дюйм пространства, она непременно уйдет на милю, и терпения не хватит ее догонять. Может, Эшпертон держал свою жену на коротком поводке?

— У всех женщин есть прошлое, – с уверенностью ответила Аделаида. – Некоторые даже хранят его в шляпной коробке.

Она сама поднялась осмотреть второй этаж. Герхард семенил следом. В спальне он указал на пустые ящики, которые не потрудился закрыть.

— Видите?

Аделаида задумчиво озиралась; ничего не привлекало взгляд.

— Теплица! – воскликнул Герхард. – Он же был садоводом. А где садовод хранит свои секреты?

Аделаиде не очень нравилась идея идти в старую теплицу. День уже клонился к сумеркам, кто знал, какая живность заберется ночевать на пустующие участки – барсук или, может, даже лиса. Да и горизонт снаружи накрывали рваные тучи, как будто изъеденная молью шаль. Кое-где еще оставались просветы, но вблизи них расползалась надвигающаяся тьма. Аделаида бросила последний взгляд на рассохшиеся шкафчики и пыльные чехлы. «Возможно, – подумала она, – Мэнеринг бы нашел здесь ответы».

Они вышли на задний двор. Теплица стояла под яблоневым деревом. Герхард приоткрыл дверцу, пропуская Аделаиду вперед. Донесся спертый запах бездушной земли и подгнивших корней. Внутри оказалось еще темнее, и Аделаида почувствовала себя в батискафе, погруженном на морское дно. Через стекла, покрытые налетом мха, едва пробивался свет.

— Что ты планируешь найти тут, Герхард? – хрипло спросила она. – Участок пустовал много лет.

— Но он в собственности Эшпертона. Будь я на его месте, я бы спрятал здесь все свои грязные секреты.

— К счастью, ты до безнадежности чист, как ошпаренное стекло.

— Давайте осмотримся.

От каркаса тянуло неприятным чугунным холодом. Аделаида проверяла стеллажи, пока Герхард рыскал в углах. «Ничего, – досадливо думала она, – ничего». Неужели они действительно приехали сюда, чтобы найти проржавевшие ножницы и паучьи сети, захватившие в плен расколотые горшки? На какую глупость она подписалась? Аделаида потрясла старым альбомом с гербарием, и оттуда выпал засохший жук. Место жительства Эшпертона уже давно доживало свои дни в царстве, куда недавно отправился и его хозяин.