Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 59 – Дэшил Хэммет

Спейд поднял мальчишку над полом и с силой снова поставил на ноги. На толстом ковре удара о пол было почти не слышно. В момент приземления руки Спейда соскользнули и снова крепко схватили запястья паренька. Мальчишка, стиснув зубы, продолжал вырываться из больших мужских рук, но тщетно, руки Спейда неумолимо скользили в карманы. Зубы парня громко заскрежетали, этот звук смешался с шумным дыханием Спейда, который сжимал запястья мальчишки.

Они долго стояли неподвижно, в напряженной позе, а потом руки мальчишки обмякли. Спейд отпустил его и отступил на шаг. В каждой руке Спейда, когда они вынырнули из карманов пальто недомерка, было по тяжелому автоматическому пистолету.

Парень повернулся к Спейду лицом. Это лицо было мертвенно-бледным. Он по-прежнему не вынимал рук из карманов пальто. Он смотрел в грудь Спейда и ничего не говорил.

Спейд положил пистолеты к себе в карманы и издевательски ухмыльнулся.

— Пошли, – сказал он. – Босс непременно похвалит тебя за то, что ты такой молодец.

Они подошли к двери Гутмана, и Спейд постучал.

Дверь открыл сам Гутман. Его жирная физиономия лоснилась благостной улыбкой. Он протянул руку и произнес:

— А, прошу вас, сэр! Спасибо, что пришли. Входите же.

Спейд пожал ему руку и вошел. Парень вошел следом. Толстяк закрыл дверь. Спейд вытащил из карманов пистолеты, отнятые у мальчишки, и протянул их Гутману.

— Вот. Не стоит позволять ему шастать с ними по округе. Еще поранится, не дай бог.

Толстяк весело рассмеялся, беря пистолеты.

— Так-так, – сказал он, переводя взгляд со Спейда на юнца. – Это что такое?

Спейд сказал:

— Да какой-то безногий калека, продавец газет, отнял их у него, но я заставил вернуть.

Белый как мел, парень взял пистолеты из рук Гутмана и рассовал по карманам, не проронив ни слова.

Гутман снова засмеялся.

— Ей-богу, сэр, – сказал он, – вы – человек, с которым стоило познакомиться, удивительный у вас характер. Проходите. Присаживайтесь. Позвольте вашу шляпу.

Парень покинул комнату, скрывшись за дверью по правую сторону от входа.

Толстяк усадил Спейда в зеленое плюшевое кресло у стола, угостил сигарой, поднес к ней зажигалку, смешал виски с содовой, отдал один стакан Спейду и сел напротив него с другим стаканом в руке.

— Итак, сэр, – сказал он. – Я надеюсь, вы позволите мне принести вам извинения за…

— Не утруждайтесь, – сказал Спейд. – Давайте поговорим о черной птице.

Толстяк чуть наклонил голову влево и с нежностью посмотрел на Спейда.

— Хорошо, сэр, – согласился он. – Давайте. – Он сделал глоток виски. – Это будет поразительнейшая история из всех, что вам когда-либо доводилось слышать, сэр, и я говорю это, зная, что профессионал вашего калибра наслушался, должно быть, немало поразительного.

Спейд вежливо кивнул.

Толстяк сощурил глаза и спросил:

— Что вам известно, сэр, об Иерусалимском ордене госпитальеров святого Иоанна – позднее их называли рыцарями Родоса, Мальты и так далее?

Спейд помахал сигарой:

— Немного. Только то, что я помню из школьной истории, – крестоносцы или что-то в этом роде.

— Очень хорошо. Стало быть, вы не помните, что султан Османской Порты Сулейман Великолепный изгнал их с Родоса в тысяча пятьсот двадцать третьем году?

— Нет.

— Ну вот, сэр, он это сделал, и они обосновались на Крите. И пробыли там семь лет, пока в тысяча пятьсот тридцатом не убедили императора Священной Римской империи Карла Пятого Габсбурга отдать им… – Гутман растопырил три пухлых пальца и начал загибать: – острова Мальту, Гоцо и крепость Триполи.