Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 128 – Дэшил Хэммет

Райен не должен гулять на свободе, пока я не найду Эшкрафта. Он бы отправил телеграмму раньше, чем я успел бы отойти на три квартала, и моя добыча пустилась бы в приятное путешествие на все четыре стороны.

Интуиция меня не подвела. Когда во Дворце правосудия у Райена сняли отпечатки пальцев, оказалось, что он Фред Руни по прозвищу Джамоча, торговец наркотиками и контрабандист, бежавший из федеральной тюрьмы в Ливенуорте, – отбыл два года заключения из полученных десяти.

— Подéржите его у себя пару дней? – спросил я начальника городской тюрьмы. – Моя работа пойдет легче, если он не сможет передавать никаких сообщений.

— Конечно, – пообещал начальник. – Федералы заберут его у нас только через два-три дня. До тех пор он будет полностью отрезан от мира.

Из тюрьмы я отправился к Вэнсу Ричмонду и выложил ему новости.

— Эшкрафт получает почту в Тихуане. Живет он под именем Эд Боханнон, возможно, у него там есть любовница. Я только что засунул в тюрьму одного из его дружков – того, что переправлял ему почту, беглого заключенного.

Адвокат снял телефонную трубку и набрал номер.

— Миссис Эшкрафт там?.. Это мистер Ричмонд… Нет, собственно говоря, мы его не нашли, но знаем, где он находится… Да… Примерно через пятнадцать минут.

Он положил трубку и поднялся.

— Поедем к миссис Эшкрафт, поговорим с ней.

Через четверть часа мы вылезли из машины Ричмонда на Джексон-стрит. Дом был трехэтажный, белокаменный, обнесенный железной оградой; перед ним лежал аккуратный газон.

Миссис Эшкрафт приняла нас в гостиной на втором этаже. Она была моложе тридцати лет, высокая, красивая, в сером платье. Больше всего ей подходило слово «ясная»; оно передавало голубизну глаз, бело-розовый цвет кожи и светло-каштановый цвет волос.

Ричмонд представил меня ей, после чего я рассказал то, что мне стало известно, умолчав о женщине в Тихуане. Не сообщил и того, что ее муж, возможно, стал преступником.

— Мне сообщили, что мистер Эшкрафт живет в Тихуане. Он уехал из Сан-Франциско полгода назад. Почту ему отправляют в одно из местных кафе на имя Эда Боханнона.

Глаза ее радостно вспыхнули, но истерики она не закатила. Была не из таких женщин. Обратилась к адвокату:

— Я поеду в Мексику? Или вы?

Ричмонд покачал головой:

— Ни вы, ни я. Вам определенно не следует ехать туда, а я в настоящее время не могу. – Он повернулся ко мне: – Ехать нужно тебе. Ты наверняка справишься с этим делом лучше, чем я. Поймешь, что и как нужно сделать. Миссис Эшкрафт не хочет ему навязываться, но считает необходимым предпринять все возможное, чтобы помочь.

Миссис Эшкрафт протянула мне сильную тонкую руку:

— Вы сделаете то, что сочтете самым разумным.

Это было отчасти вопросом, отчасти выражением доверия.

— Непременно, – пообещал я.

Мне нравилась миссис Эшкрафт.

Тихуана не особенно изменилась за два года, что я там не был. Те же самые шестьсот – семьсот футов пыльной, грязной улицы между двумя почти сплошными рядами салунов и еще более грязные боковые улочки, где селятся голуби, так как не могут найти места на главной.

Я вылез из машины, которая привезла меня из Сан-Диего, в центре городка, вскоре после полудня, и дневная жизнь только начиналась. То есть всего двое-трое пьяных бродили по улице среди собак и бездельничающих мексиканцев, однако уже начиналось движение потенциальных пьяных, мотающихся из салуна в салун.