Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 125 – Дэшил Хэммет

Она отправила туда письмо до востребования и поместила еще одно объявление с сообщением об этом. Он ответил весьма язвительно. Она написала снова с просьбой вернуться домой. Он отказался, хотя вроде уже не был слишком зол на нее. Они обменялись несколькими письмами; она узнала, что муж стал наркоманом и остатки гордости не позволят ему вернуться к ней, пока он не станет выглядеть – пусть и не в полной мере – прежним собой. Она убедила его принять от нее достаточно денег, чтобы привести себя в порядок. И ежемесячно посылала ему деньги сюда до востребования.

Между тем миссис Эшкрафт завершила свои дела в Англии – близких родственников, которые удерживали бы ее там, у нее нет – и приехала в Сан-Франциско, чтобы находиться рядом, когда муж будет готов вернуться к ней. Прошел год. Она до сих пор ежемесячно отправляет ему деньги. Все ждет его возвращения. Он постоянно отказывается от встреч, письма его уклончивы – наполнены рассказами о том, как он борется с пристрастием к наркотикам, в один месяц добивается успеха, в другой откатывается назад.

Теперь она, разумеется, подозревает, что он не намерен возвращаться, не собирается отказываться от наркотиков, а просто использует ее как источник дохода. Я советовал прекратить на время регулярную отправку денег. Но она не хочет этого делать. Винит себя, понимаете, в его нынешнем состоянии. Думает, что ее глупая вспышка ревности повинна в его беде, и боится что-либо предпринимать – а вдруг это причинит ему вред или побудит его навредить себе еще больше. И ее не разубедить. Она хочет, чтобы муж вернулся, чтобы исправился, но, если он не вернется, согласна платить до конца его жизни. Но она хочет выяснить, чего ей ждать. Хочет покончить с этой дьявольской неопределенностью, в которой живет.

Поэтому нам нужно, чтобы вы нашли Эшкрафта. Мы хотим знать, есть ли вероятность, что он когда-нибудь вновь станет человеком, или уже совершенно безнадежен. Найдите его, разузнайте о нем все, что возможно, а потом, когда будем кое-что знать, мы решим, имеет ли смысл устроить их встречу – в надежде, что она сумеет повлиять на него, – или нет.

— Постараюсь, – сказал я. – Когда миссис Эшкрафт отправляет ему денежное пособие?

— Первого числа каждого месяца.

— Сегодня двадцать восьмое. Значит, у меня есть три дня на подготовку. У вас имеется его фотография?

— К сожалению, нет. После той ссоры миссис Эшкрафт в гневе уничтожила все, что могло напоминать о нем.

Я встал и потянулся за шляпой.

— Увидимся второго числа, – сказал я и вышел из кабинета.

Во второй половине дня первого числа я отправился в почтовое отделение и поднялся к Ласку, инспектору, который тогда там дежурил.

— Есть сведения о подделывателе чеков с севера, – сказал я ему. – Он должен получать почту у окошка. Устроишь так, чтобы я мог увидеть его?

Дежурящие на почте инспекторы связаны всевозможными инструкциями и правилами, запрещающими оказывать помощь частным детективам, за исключением определенных случаев. Но если инспектор твой приятель, ему совершенно незачем подвергать тебя допросу. Ты лжешь ему, чтобы у него было оправдание на случай, если заподозрят, что он взял на лапу, – и совершенно не важно, считает он это ложью или нет.

И вскоре я снова был внизу, слонялся там, откуда мне было видно нужное окошко. Оператор получил указание дать мне условный знак, когда потребуют почту Эшкрафта. Письмо от миссис Эшкрафт вряд ли могло прийти в тот день, но я не хотел рисковать. И оставался в зале, пока окошки не закрылись.