Онлайн книга «Хищные создания»
|
— Ты правда так думаешь? Рис какое-то время молчит. — Ну, будем надеяться, что Гвен разберется. Она же сама сказала, что врач. Я хмурюсь: — Но Шош же говорила, что Гвен ученая. А Гвидион сказал, что она ботаник или типа того. Это еще не значит, что она способна помочь тому, кто подавился. И потом, как она может быть врачом? По-моему, она не сильно старше нас с тобой. – Мой голос звучит неожиданно сурово. — Гвен упоминала в разговоре, что год проучилась на врача, прежде чем перевелась на ботанику. Она очень умная – настолько, что в школе даже перепрыгнула через несколько классов. Готов поспорить, что у нее больше навыков в этом вопросе, чем у кого-либо еще в этом поезде. Гвен, Гвен, Гвен, Гвен. — Ладно, но все-таки это не делает ее врачом, – мрачно говорю я. – А Шош, между прочим, умеет оказывать первую помощь… Рис продолжает, будто не слыша меня: — Знаешь, именно в такие моменты тебя накрывает… осознание того, насколько все быстротечно. Как можно в одну секунду лишиться всего. Даже если всю жизнь быть максимально осторожным и перестраховываться, никогда не ступать на борт самолета, корабля или даже поезда… Тебя может убить твой собственный ужин. Я неловко ерзаю в кресле – может, он так издали намекает на события прошлого лета? Эти события до сих пор разделяют нас, словно баррикада с колючей проволокой, словно огромный ров. — Рис… Он поднимает глаза в испуге, как будто даже не понял, что произнес все это вслух. Между нами повисает плотная, тяжелая тишина – кажется, будто она сдерживает поток эмоций. Меня трясет, я еле держусь, нервы натянуты до предела, словно тонкий целлофановый пакет из магазина. Я чувствую, что Рису хочется меня успокоить, снова взять на себя роль верного друга, как раньше, но он не знает как. Мы уже много месяцев не общались. Он откашливается: — Лара… Я перебиваю его: — Послушай – просто дай мне высказаться, ладно? – Я с трудом сглатываю: слова на языке кажутся тяжелыми, будто цемент. – Я надеюсь, ты понимаешь, как сильно мне хочется извиниться, Рис. За то, что случилось. За твой глаз и… ну… за все остальное. Мой голос звучит натянуто и холодно, совершенно не соответствует тому, что я пытаюсь сказать. Мне не нравится, что это так, но я ничего не могу сделать – так уж выходит. Я не в силах поднять на него взгляд. Спустя столько времени его лицо снова выглядит идеально – синяки и отеки сошли и потрясающие зеленые глаза смотрят все так же открыто. — Я знаю, – произносит он тихо и чрезмерно спокойно. – Я знаю. Ты же написала сообщение… Я мотаю головой: — Но этого же мало, правда? Я должна была все-таки повидаться с тобой. – Я сердито смотрю в пол. – Я хотела, но всё… Творился полнейший бардак. А еще… Я боялась, что не вынесу, если ты скажешь, что ненавидишь меня. Так что я спряталась. Но этого я не могу произнести вслух, поэтому молчание затягивается. Я встаю: — Слушай, не могу просто сидеть здесь и ждать. Пойду узнаю, есть ли какие-то новости. Рис ничего не отвечает и не пытается меня остановить. В коридоре возле его купе темно, пусто и тихо. Я на мгновение закрываю лицо ладонями, и мое бледное отражение в окне напротив напоминает картину Мунка «Крик». Я торопливо задвигаю шторы. Снова надев маску профессионализма, я пересекаю просторы лаунжа «Кедр» и попадаю в вагон-ресторан. Там Самира и, к моему удивлению, Гвидион – они усердно собирают полупустые тарелки и расставляют по местам столы. |