Онлайн книга «Загадка Версальского дворца»
|
— Значит, они изо всех сил стараются быть праведными? — Вот тут-то и возникает проблема. Ну-ка, сосредоточьтесь, ученик Вандрий. Янсенисты считают, что только сам Господь способен отличить праведников от грешников. Все добро, которое можно творить на земле, бесполезно, если Бог решил не посылать тебе благодать. Но если ты праведный, ты должен вести себя соответственно, иначе… — …вечные муки ада. — Не обязательно верить в ад, чтобы туда попасть. Короче говоря, понимаешь, нужно вести себя так, словно ты праведный и словно Бог существует. Ничего не теряешь, если творишь добро и помогаешь другим… — …заваривая чай для гостей. Это Пари Паскаля[121]. — Вот видишь, а говоришь, что ничего не помнишь! Монсеньор Янсен[122] был епископом Ипра, он похоронен в соборе Святого Мартина. Когда Леона была маленькой, она ездила туда с родителями. Он умер после того, как опубликовал книгу «Augustinus», которую осудили в Риме. Учился в Лувенском университете с Жаном Дювержье де Оранном, известным также как аббат Сен-Сиран[123]. Как и Антуан Арно[124], который переписывался с Декартом, Лейбницем, Мальбраншем, он был крупнейшей фигурой в аббатстве Пор-Рояль. В соавторстве с Пьером Николем[125] написал книгу по логике. Леона не решается сказать, что книга показалась ей страшно занудной. Затем она переходит к Блезу Паскалю, сестра которого, Жаклин, была монахиней в Пор-Рояле; отмечает, что Расин сформировался как писатель именно в этих лесах, на этих тропах… — Помедленнее, я уже запутался! Сто лет не читал Расина! — Янсен, которого для красоты звучания называют Янсений, сам того не подозревая, был янсенистом. Он умер, так и не узнав, что из-за него разразятся бури и что его имя станет знаменем бунта. Церковь осуждает тезисы, приписываемые Янсению. Но и хитрые янсенисты тоже, в свою очередь, их осуждают. — А что сказано в этих тезисах? — Ужасно запутанно. Они дико переругались на этот счет, поэтому я тебя избавлю… Перетягивание каната с официальной церковью длилось годами, и янсенисты, чересчур порядочные, чересчур умные, чересчур гордые, потерпели поражение. Их стали преследовать. Один мошенник, монсеньор де Перефикс[126], произнесет в адрес сестер-янсенисток фразу, которую я люблю с детства: «Благочестивы, как ангелы, горды, как дьяволы». — Ну вылитая ты! — Янсенисты – группа мыслителей, внушающих уважение. Они ведут жизнь в покаянии и приготовлении к Страшному суду. — Трубы смерти, седьмая печать. — Блез Паскаль изобретает первую счетную машину и строит в монастырском саду колодец с необычным механизмом. — Объясни мне, Леона, чем эта крошечная община внутри своего аббатства мешала королю? — Они тусовались здесь, в Пор-Рояль-де-Шан, на окраине Версаля. Достаточно пройти через три рощи, и попадаешь туда – из одного мира в другой. После Зеленого ковра, такого искусственного и плоского, оказываешься в благословенной долине, на Земле обетованной, в богоизбранном месте. Они привлекали толпы. Самые блестящие умы. Кузина Людовика Четырнадцатого, герцогиня де Лонгвиль[127], обосновалась по соседству. Они строят школу с кельями, снабжают ее книгами, осваивают землю и снимают урожаи. Они взращивают литературу, науки, искусства, изящный стиль, культуру мысли, груши и персики… Пор-Рояль – противоположность Версалю с его невежественными придворными, которые просаживают в карты целые состояния и проводят жизнь в интригах и сплетнях. |