Книга Идеальный мир для Химеролога 4, страница 72 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Пыж презрительно фыркнул.

— Командир, не смеши. Меня однажды такими коктейлями боевыми накачали — мама не горюй! Там люди по два дня бежать могли без остановки на боевых действиях, а потом падали и умирали. А меня вообще не взяло! У меня метаболизм, как у тролля. Так что не переводи на меня лекарство. Мне пофиг. Я съем и пойду в караул.

— Да, да, да… — покивал я, доставая капсулы. — Конечно. Метаболизм, тролль, всё такое. Держи.

Я выдал каждому по одной красной пилюле.

— Пейте.

Они, переглянувшись, закинули капсулы в рот и запили водой из графина.

Пыж тут же начал демонстративно прыгать на месте, размахивая руками.

— Ну вот! Видишь? Я же говорил, что меня не…

Договорить он не успел.

Его лицо вдруг перекосило. Глаза полезли на лоб. Он издал странный булькающий звук, схватился за живот и согнулся пополам.

ХРУСТЬ!

Его скрутило в три погибели, как сухой лист. Он рухнул на бок, подтянув колени к подбородку, и замер в позе эмбриона, мелко подрагивая.

Двое других последовали его примеру через секунду.

Тишина в комнате была напряжённой. Остальные ветераны смотрели на своих товарищей с ужасом.

— Работает, — удовлетворенно кивнул я. — Семён Петрович, теперь за ними присматривайте. Водички давайте, пот вытирайте. В случае чего — докладывайте.

— А что с ними? — тихо спросил Беркут.

— Кости, — пояснил я. — Всё-таки старость. Кальций вымывается, структура рушится. А эта штука сейчас перестраивает их скелет. Делает кости плотнее, крепче. Это больно. Мышцы стягивает судорогой, потому что скелет меняется. Зато через три дня у них кости будут как стальные прутья. Хоть об стену бейся — штукатурка посыплется, а им хоть бы хны.

Я пошёл к выходу.

— Бывайте, служивые. У меня ещё дела.

Вернувшись в клинику, я застал там привычную суету. Валерия что-то объясняла по телефону, Кенгу таскал коробки, хомяки шуршали по углам.

Вдруг в открытую форточку влетел Кеша.

— Хозяин! — завопил он. — Шухер! Подруга твоя приехала!

— Какая ещё подруга? — не понял я.

— Ну эта, аристократка! Агнесса!

— О! — я расплылся в улыбке. — Вот это уже интересно. Сейчас будет весело!

Я подошёл к попугаю, повесил ему на шею новенькую экшен-камеру, которую купил специально для него, и нажал кнопку записи.

— Лети, — скомандовал я. — Будешь снимать. Мы не должны такое пропустить. Должны запечатлеть этот исторический момент для потомков. И для моего личного архива.

Кеша отдал честь крылом и вылетел навстречу подъезжающему кортежу.

А я пошёл встречать гостей. Представление начиналось.

* * *

Улицы Петербурга

Агнесса Новикова сидела на заднем сиденье своего автомобиля и смотрела в одну точку.

Пустота…

Поисковые группы вернулись час назад. Макар лично возглавлял отряд. Они прочесали каждый метр того проклятого леса, где на них напала гигантская тварь.

— Ничего, госпожа, — доложил он. — Вообще ничего. Там всё перепахано так, будто метеорит упал. Деревья вырваны с корнем… Мы нашли следы боя… Но Виктора нет. Ни тела, ни вещей. Скорее всего… там просто нечего хоронить.

Агнесса закрыла глаза. Перед мысленным взором стояла картина: Виктор вылетает из машины. Тварь, сметающая всё на своём пути. И его спокойная, даже насмешливая улыбка перед этим.

Он пожертвовал собой.

Этот странный непонятный ветеринар, который знал себе цену и общался с ней как с равной, просто взял и остался там. Чтобы дать им уйти.