Книга Юрист с Рублёвки. Том 2, страница 42 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Ирина не сразу ответила.

Фонд существовал: у него были попечительский совет, спонсоры и договоры. Но схема с «Арт-Депо» по-прежнему оставалась непрозрачной. Я подозревал, что благотворительность могла прикрывать коммерческую распродажу, однако доказательств у меня пока не было.

— Хорошо, — наконец процедила она. — Присылайте.

Юрист фонда подготовил короткое дополнительное соглашение. ООО «Арт-Депо» подтверждало передачу покупателю прав на обнаруженное вложение и отсутствие имущественных требований. Ирина отдельным заявлением подтверждала, что картина с рамой перешла ей по нотариальному соглашению о разделе имущества, впоследствии была продана «Арт-Депо» без оговорок о содержимом и личных претензий на монеты она не имеет.

Пока мы ждали документы, Вячеслав говорил с кем-то по телефону, Рубин вышел из кабинета, а юрист фонда листал каталог, делая вид, что занят. Я стоял у окна и смотрел на Пречистенку, где в дневном свете поблёскивали купола храма.

Через двадцать минут пришли подписанное электронной подписью соглашение от «Арт-Депо» и заявление Ирины. Вячеслав протянул мне копии вместе с актом вскрытия.

— Алексей Дмитриевич, вы необычный покупатель, — заметил он. — Большинство на вашем месте просто отнесли бы золото в скупку.

— Я юрист, — ответил я, убирая документы в папку. — Мне нужны чистые документы, а не проблемы с полицией.

Выйдя на Пречистенку, я набрал номер дилера, которого мне порекомендовал Рубин. Предстояло превратить сентиментальную награду в материальный ресурс.

Офис нумизматического дилера располагался в полуподвале старого дома в центре Москвы. Внутри не было витрин с блестящими кружочками. Только сейфовый шкаф, стол с лупой и весами и компьютер с базой данных. Сам дилер, Аркадий Моисеевич, был полным мужчиной с густой бородой и маленькими глазками. Он встретил меня без особого восторга, что говорило об одном: к нему часто заходили люди с сомнительным товаром и не менее сомнительными историями.

Я выложил перед ним контейнер с монетами, чек и документы из аукционного дома.

Аркадий Моисеевич достал из ящика стола лупу, пинцет и электронные весы. Взял первую монету…

— Пятнадцатирублёвый империал, Николай II, 1897 год, — пробормотал он, не отрываясь от лупы. — Проба 900.

Он проверил остальные девять. Затем достал из шкафа толстенный каталог и начал листать страницы, сравнивая изображения.

— Монеты не редкие, тиражные, но состояние хорошее, — сказал он. — Для внутренней продажи специальных разрешений не требуется. Вот при вывозе за границу была бы отдельная история. Редкая разновидность чекана стоила бы заметно дороже, но у вас стандартные экземпляры.

— Меня интересует только цена, — ответил я. — И правильное оформление.

Аркадий Моисеевич назвал сумму. Она была ниже, чем я ожидал, но вполне достаточной для старта. Мы обсудили цену и порядок расчёта. Я согласился.

— Оформляйте договор купли-продажи, — кивнул я. — Указывайте в нём, что монеты приобретены у меня как у физического лица, с приложением копий документов из аукционного дома о вскрытии рамы и подтверждения продавца.

Дилер удивлённо поднял брови.

— Вы юрист?

— Да.

— Понятно. Обычно люди приносят золото в платочке и хотят наличку без бумажек. А вы весь процесс бумажный устраиваете. Мне-то проще, меньше проблем с учётом.