Книга Арлекин, император Луны, страница 94 – Анна Малышева

Первый номер принадлежал театральной кассе. В ответ на звонок послышалась музыка и записанное на ее фоне голосовое сообщение. Зрителей извещали, что в данный момент театр ушел на летние каникулы, спектакли возобновятся в сентябре. Несколько дежурных приятных фраз — и звонок был закончен.

«Мертвый сезон, чего я ждала?» — спросила себя Александра. Второй телефон принадлежал администрации. На этот раз, ответил живой женский голос.

— Добрый день, — заговорила Александра, поздоровавшись. — Это по поводу кастинга на сериал.

Идея с кастингом, показавшаяся художнице очень удачной, пришла ей в голову только что.

— Я хотела бы получить контакты актера, который играет у вас в театре. Алексея Рябченко.

— У нас в театре такого актера нет, — после короткой паузы ответила женщина.

— Как? — сбилась с уверенного тона Александра. — Но он сказал, что играет у вас…

— Может быть, играет, но не у нас, — уже резче ответила женщина. — Если это актер, он должен быть в базе данных, есть реестр. Поищите там.

— Погодите, — Александра поняла, что собеседница готова повесить трубку, — вероятно, я неправильно запомнила название театра. У вас играла актриса Людмила Кабакова?

— Людмила Кабакова давно уже не играет, — слегка смягчился голос администратора. — Уже несколько лет, как ушла из театра по состоянию здоровья.

— Да, здоровье у нее действительно очень слабое, — художница почувствовала, что о Кабаковой с ней готовы говорить, и уцепилась за эту возможность. — Это печально… Я не видела ее на сцене, но мне рассказывали, что она блестяще играла Бланш Дюбуа в «Трамвае “Желание”».

— Это была лучшая Бланш Дюбуа! — наставительно уточнила собеседница. — И один из наших лучших спектаклей! А вы знакомы с Людмилой?

— Не очень близко, — уклончиво ответила Александра. — Но мы иногда общаемся. В последнее время.

— Вот как? — задумчиво протянули в трубке. — А вот с бывшими коллегами она общаться отказывается. В мае у нее был юбилей, шестьдесят лет. И хотя она давно у нас не играет, мы не забыли! Заказали корзину цветов и корзину фруктов, шампанское… Я лично все заказывала! Актеры приехали к ней домой поздравить. Так им даже дверь не открыли!

Александра вспомнила о выброшенных афишах. Администратор задумчиво продолжала:

— В общем, не зря, наверное, ходили слухи, что она под конец слегка помешалась… Когда актеры уходят со сцены, такое иногда случается. Театр, он ведь вызывает сильную зависимость… И не все актеры могут смириться со своим возрастом. Есть и такие, которые становятся настоящими затворниками. Ну, передавайте ей от нас привет!

— Я передам при встрече, но… Мне хотелось бы все-таки что-нибудь узнать об этом молодом актере, Алексее Рябченко. Я знаю, что он репетировал с Людмилой, когда начал карьеру. Может быть, в другом театре?

— Людмила всю жизнь играла только здесь, — задумчиво произнесла администратор. — Может, этот Рябченко был в студенческой труппе… Студенты начинают в одном театре, потом переходят в другой… Всех не упомнишь. Если это было еще при Людмиле, то надо искать студентов пять лет назад… Оставьте-ка свой телефон, я поищу, поспрашиваю! Сегодня кое-кто придет на читку.

Александра горячо поблагодарила новую знакомую, которая на прощание представилась Юлией и дала ей свой номер. Повторила попытку дозвониться до Дидье. С содроганием перечитала всю свою переписку с Ларцевым — от первых сухих коротких писем до последних, от которых испытывала физическую дурноту. Вытащила из пакета красный свитер, осмотрела его и обнаружила на груди большое темное пятно, судя по слабому запаху, от соевого соуса.