Онлайн книга «Красный гаолян»
|
— Ах вы, озорницы! Давайте уже спать! – После этого Тетка Лю велела: – Ласка, сходи к котлу, посмотри, поднялось ли тесто. Юй Чжаньао взял в зубы короткий меч и вскарабкался на стену. Пять собак подскочили и залаяли, запрокинув головы. Юй Чжаньао перепугался, потерял равновесие и свалился в западный двор. Если бы бабушка не вышла во двор, боюсь, злые собаки разорвали бы его в клочья – они и с двумя такими Юй Чжаньао могли сладить. Бабушка отозвала собак и крикнула: — Ласка, зажги фонарь и неси сюда! Сжимая в руках скалку и быстро перебирая толстыми ногами, Тетка Лю громко крикнула: — Хватайте вора! Хватайте вора! Ласка выбежала с фонарем и осветила избитое до неузнаваемости лицо Юй Чжаньао. Она холодно рассмеялась: — Ах, это ты! Бабушка подобрала короткий меч, оглядела со всех сторон, сунула в широкий рукав и сказала: — Ласка, пойди позови дядю Лоханя. Только Ласка открыла ворота, как дядя Лохань вошел и спросил: — Хозяйка, что случилось? Бабушка ответила: — Этот работник напился! Дядя Лохань кивнул: — Понятно. Бабушка обратилась к Ласке: — Принеси-ка мой ивовый прут! Ласка принесла белоснежный ивовый прут, и бабушка сказала: — Сейчас я тебе помогу протрезветь! Она размахнулась и начала хлестать Юй Чжаньао по заду вдоль и поперек. Кроме жгучей боли Юй Чжаньао внезапно почувствовал вызывающую онемение радость, которая подступила к горлу, зубы застучали, и их стук превратился в цепочку бессвязных слов: — Мамочка… мамочка… мама… родненькая… Бабушка хлестала, пока не устала рука. Потом она оперлась на прут, стараясь отдышаться. — Уведи его! – приказала она. Дядя Лохань попробовал потянуть Юй Чжаньао, но тот распластался на земле и не вставал, только кричал: — Мамочка… еще несколько ударов… еще немного… Бабушка прицелилась и с силой хлестнула его пару раз по шее, а Юй Чжаньао начал кататься по земле, суча ногами, как маленький ребенок. Дядя Лохань подозвал двух работников, и они оттащили Юй Чжаньао обратно во флигель и бросили на кан. Там он крутился и вертелся, как извивающаяся стрекоза, не переставая ругаться. Дядя Лохань взял чайник вина, велел работникам прижать ноги и руки Юй Чжаньао, поднес носик чайника к его рту и влил в него все содержимое. Когда работники его отпустили, Юй Чжаньао покрутил шеей, не произнося ни звука. Один из работников в ужасе крикнул: — Захлебнулся? Они быстро поднесли фонарь, посветили и увидели, что лицо Юй Чжаньао исказила гримаса, а потом он чихнул с такой силой, что загасил фонарь. Проснувшись, когда солнце уже было высоко, Юй Чжаньао на ватных ногах вошел в винокурню. Остальные работники странно посматривали на него. Он смутно вспомнил вчерашние побои, потер шею и зад, но боли не почувствовал. Во рту пересохло, поэтому он взял железный черпак, подставил под струю горячего вина, набрал полчерпака и, запрокинув голову, выпил. Лао Ду, игравший на баньху, сказал: — Сяо Юй, что, побила тебя хозяйка? Будешь еще через стены прыгать? Работники изначально побаивались этого хмурого парня, но после того, как услышали ночью его жалостливые крики, страх рассеялся, и теперь они наперебой над ним подшучивали. Юй Чжаньао не ответил, но подтянул к себе одного из работников и ударил. Остальные работники перемигнулись, окружили Юя, повалили на землю и начали мутузить. Намахавшись кулаками вдосталь, они расстегнули ему пояс, засунули его голову в штаны, связали руки за спиной и уронили его на землю. Юй Чжаньао не мог сопротивляться – как дракон, которого выкинуло на отмель, он беспомощно мотал головой в штанах и катался по земле. Работники мучали его так долго, что за это время можно было выкурить две трубки, Лао Ду не выдержал, развязал Юй Чжаньао руки и помог вытащить голову. В лице Юй Чжаньао не было ни кровинки, он лежал на куче наколотых дров, словно дохлая змея, и силы вернулись к нему не сразу. Работники взяли в руки кто что мог – на случай, если Юй Чжаньао решит дать сдачи, однако он, пошатываясь, подошел к кувшину с вином и стал зачерпывать вино ковшом и пить, захлебываясь, а напившись, забрался на кучу дров и захрапел. |