Онлайн книга «Смерть пахнет сандалом»
|
— Не бойся, сынок, смело берись за дело, как отец тебя учил, пришло время нам с тобой не ударить в грязь лицом! — Отец, я не боюсь! Отец заботливо глянул на меня: — Молодец, сынок! — Пап-пап-пап, ты знаешь? Народ говорит, что мы с уездным одну поварешку в котле не поделим… 8 Я давно уже обратил внимание, что на тюремной повозке было аж две клетки с осужденными, в обеих – по Сунь Бину. Оба Сунь Бина вроде бы и на одно лицо, а если присмотреться, то между ними обнаруживалась большая разница. Истинный облик одного из этих Сунь Бинов – большой черный медведь, а другого – большой черный боров. Мой тесть – герой и не может быть свиньей, может быть только медведем. В восемьдесят третьей истории, что рассказывал мне отец, как раз и говорится о схватке черного медведя с тигром. В этой сказке медведь бьется с тигром на равных, но в итоге терпит поражение. Медведь терпит поражение не потому, что у него мало способностей, а потому, что он слишком уж честолюбив и искренен. Каждый нанесенный удар для него – битва на смерть. По словам отца, тигр, ощутив голод, сразу же отправляется на охоту за чем угодно, будь то фазан, антилопа или заяц. А если тигр хочет попить, то немедленно идет к горному источнику. Медведь же не ест и не пьет, а яростно вытаскивает с корнем небольшие деревья, расчищая поле боя, ему не нравится, когда недостаточно просторно. Наевшись и напившись, тигр возвращается, и бой с медведем возобновляется. В конце концов силы медведя сдают, тигр его одолевает и становится царем зверей. Вот как я опознал настоящего Сунь Бина. Кроме того, из этой парочки я могу отличить тестя по выражению глаз. У настоящего Сунь Бина взгляд вдохновенный, посмотрит на тебя – искры разлетаются. Ненастоящий же Сунь Бин отводит померкший взгляд, будто чего-то боится. Мне показалось, что лицо ненастоящего Сунь Бина тоже было очень знакомое, немного подумал и узнал его. Он не чужак, а нищий по имени Сяо Шаньцзы, верный ученик почтенного Чжу Восьмого. Каждый год четырнадцатого числа восьмого месяца он с красными перчиками на ушах изображает из себя сваху. А сейчас, на пятнадцатый день восьмого месяца, он вдруг взялся исполнять роль моего тестя. Ну просто смех да и только. Отец гораздо раньше меня заметил, что осужденных на одного больше. Но старик в жизни видал всякое, подумаешь, на одного больше, да хоть на десять больше – разницы-то? Я услышал, как отец себе под нос буркнул: — Хорошо, что лишний колышек приготовили. Отец – поистине человек прозорливый, самому Чжугэ Ляну не уступит в смекалке. Кого приколотим первым? Настоящего или поддельного Сунь Бина? Я пытался найти ответ на лице отца. Но его взгляд был устремлен на инспектирующего казнь Цянь Дина, а глаза того, обращенные на отца, были туманные, как у слепого. Выражение глаз Цянь Дина говорило отцу, что уездный уже ничего вокруг себя не замечал. Кого хочешь, того первым и приколачивай – все равно. Отец перевел взгляд на осужденных. В глазах поддельного Сунь Бина сквозило смятение, а глаза настоящего сияли. Настоящий Сунь Бин слегка кивнул отцу и звонко проговорил: — Сколько лет, сколько зим, свояк! Отец улыбнулся во весь рот и сложил руки перед грудью в малом поклоне: — Свояк, поздравляю, большое событие! Тесть радостно ответил: |