Онлайн книга «Тринадцатый шаг»
|
— Наставник Мэн, Вам бы глаза пошире распахнуть и на мир поглядеть! В чем можно винить Ту Сяоин? Учитель Фан умер, и ей завещано искать себе счастья! Негоже живым от мертвых страдать, негоже мертвым хвататься за живых! Капля красных чернил разливается крупным-прекрупным пятном на одном из домашних заданий. — Учитель Чжан, говорят, ты каждый день навещаешь Ту Сяоин, не заметил чего-нибудь особого? – интересуется, опуская голову, учитель Ли. Он поднимается из-за стола, было распахивает рот да тотчас же захлопывает. — Слышал я, что Ту Сяоин давно уже шашни водит с тем малым, да все тайком от учителя Фана, нашего бедного кабинетного червя. — Будет вам, будет, никогда не знаешь, не лобызается ли прямо сейчас твоя жена с любовником! – замечает малой Го. – Большую часть сил китайцы растрачивают впустую на копание в чужом грязном белье, а ведь в действительности кто из нас без греха! У кого из вас при виде хорошенькой женщины не дрогнет сердце? Кто из вас устоит перед соблазном, когда прямо на колени к вам сядет миловидная девушка? В особенности любят напускать на себя вид прирожденных блюстителей морали кадровые работники. Вот эта ваша комиссарка, например, со сколькими мужиками чпокнулась? Он медленно поднимается, открывает дверь, выходит в коридор, пробивается через смрад нечистот, мчится на всех парах домой. Я должен поведать тебе правду. Я не умер, я жив. Я хочу, чтобы она вернула мне лицо. Тебе не надо выходить замуж за другого. Я не выдержу, если она любовью заниматься будет с другим. И, разумеется, за мной тоже грешок водится. Он несется во всю прыть, слышит, как по команде свистка учителя физкультуры с шелест-шелестом бегут учащиеся, слышит, как с рокот-рокотом вертятся бетономешалки, раскручивая фундамент нового жилья для преподавателей. Ты прибежал к себе домой. Ту Сяоин нет. И лишь та самая фотография со стены взирает на то, как на кровати Дацю лапает Фан Ху. Он харкает кровью. Сложенной веером рукой отвешивает он пощечину Фан Ху. Дацю перехватывает его запястье, Фан Ху прикрывает лицо и бранится: — Старый хрыч! Ты по какому праву меня бьешь? Папка при жизни на меня ни разу руку не поднял… И она начинает кататься в рыданиях. Дацю выталкивает тебя за дверь со словами: — Папа, псина ты хренова, а не папа! Ты нам говоришь: если бы Ту Сяоин вышла за секретаря горкома по дисциплинарным взысканиям, учитель физики услышал бы от возмущенного наставника Мэна: «Ну и женщина, еще труп мужа не остыл, а она уже карабкается на верхнюю ветку!» Он не в силах собраться с духом и продолжить править ученические работы. Открытое окно выходит на спортивную площадку. А на спортивной площадке стоит десять с чем-то украшенных красными лентами первоклассных седанов, висят на ветках тополей громко бабахающие «па-па-па-па» шутихи. Две подружки невесты в красных шелках поддерживают под руки одетую по русской традиции невесту Ту Сяоин. Одетый в идеально отглаженную шерстяную суньятсеновку жених тянет покрытую рябинами долголетия руку, придерживая невесту за плечо… Она одета в невесомое белое тюлевое платье, перед грудью она держит букет пышных красных цветов… Свежая кровь проливается у него изо рта, припадает он к столу, свежая кровь пятнает домашнее задание… Ты передаешь нам слова малого Го: |