Книга Тринадцатый шаг, страница 191 – Мо Янь

Он ощущает, как кожу на его голове ласкает рука.

Он слышит, как говорит она:

— Братец Чжан… Молю тебя, не надо меня брать измором… Я не хочу быть воровкой петухов и псов, не такая я, чтобы заводить роман на стороне… Неужели ты не понимаешь, что «у ворот вдовы всегда распускают всякие правды и неправды»? Молю тебя, заклинаю тебя, вразуми своих сыновей, не надо мою дочь подбивать на такое…

— Дочь? – с трудом вторит он, сыпля изо рта пылью от мелков.

— Твои сыновья подговорили ее на бегство… Ах, Фугуй, только ты умер, как потеряли мы семью!

Он спешно бросается на улицу.

Ту Сяоин хватает его за шиворот и говорит:

— Прошу тебя, не надо выходить через дверь, у нас тут глаза повсюду, давай уж ты через стену вернешься!

Косметолог смущенно и тревожно стоит у высоченной стойки в городском народном банке, передает те самые вытащенные изо рта у бывшего любовника и подручной железной утварью обращенные в золотые диски три золотых зуба.

За громоздким проволочным заграждением прямо сидит одетый в костюм западного покроя при галстуке молодой сотрудник. Принимая золотые зубы, он окидывает взором косметолога, косметолог цепляется за край стойки, а то кажется, будто тело сейчас вознесется ввысь. С затаенным трепетом, рядящимся в невозмутимость, она выжидает.

Молодой сотрудник достает пробирный камень и начинает оценивать золотые слитки. Он криво усмехается, голова у него несколько раз слегка колеблется.

— Почтенный Ван! – Это ты слышишь крик молодого сотрудника.

— Что стряслось? – Поднимается из-за стенки почтенный Ван.

— Подойдите сюда, пожалуйста, – просит молодой сотрудник.

Косметолог ощущает, что вот-вот рухнет в обморок.

Почтенный Ван принимает золотые диски, взвешивает их в руке.

— Думаешь, это золото? – переспрашивает почтенный Ван. – Никакое это не золото, это латунь.

Молодой сотрудник бросает зубы вице-мэра Вана обратно на стойку.

— Запомните, этот металл не в банк надо нести, – заключает молодой сотрудник, – а на переработку металлолома!

Выбираясь из дырки в стене, сразу натыкаешься на подавленный взгляд косметолога. Учитель физики не обращает на нее внимания, раздвигает створки входной двери, врывается в подвижную сеть дождя. Он разом обегает, разом обходит наспех все проспекты и переулки городка. Машины плещут скопившейся на дорогах водой ему на зеленую форму; ноги его тонут в накопивших воды ухабинах. Очищенный проливным дождем воздух лишился любых посторонних примесей. Очищенный проливным дождем городок приобрел несравненную красоту. Бегут его ноги, зовет его сердце: Возвращайтесь, ребятки! Вернитесь, будьте с вашими мамами. Вернетесь – и я смогу умереть!

Зажигаются под дождем фонари городка. Искрятся под радужным сиянием вырисовывающие силу и направление ветра серебристые нити дождя. На улицах открывается несметное множество разноцветных зонтов, похоже это все на нашествие пестрых грибов, похоже это все на парад пестрых грибов на улицах.

Ты с подозрением присматриваешься к каждой обнимающейся под зонтиками паре, ты ощущаешь, как звуки поцелуев откликаются в тебе необъяснимой путаницей эмоций.

От одного поцелуя мужчины и женщины у тебя в ушах все грохочет.

— Что ты делаешь? Смерти ищешь? – Из-под зонта высовывается ярко размалеванное женское лицо. К твоему же лицу пристает мужская слюна с привкусом табачной смолы.