Книга Тринадцатый шаг, страница 190 – Мо Янь

Эта картина оставила в памяти косметолога до конца дней неизгладимый образ. И каждый раз, когда этот образ проявляется вновь, обе ее груди напрягаются, точно их цепко хватают его лишившиеся формы крупные руки.

После сильного дождя случается дождик мелкий. Комнатку заполонили всевозможные тазики, горшки, кастрюли, пиалы, черпаки и ложки, любые емкости, способные вбирать в себя воду, принимают пробивающиеся сквозь крышу дождевые капли. Косметолог не вернулась, восковая красавица перестала расхаживать по комнате. Она съежилась и дрожит на кучке угольных брикетов за дверью. Учитель физики разложил сосуды и тоскливо вслушивается в музыку, совместно исполняемую каплями и сосудами. Небо еще не совсем почернело, а в комнате уже полный мрак. Жуж-жужжат между дождевыми каплями комарики, дерутся на перекладинах мышки. Он слышит плач по соседству.

Он ясно видел, как Дацю и Сяоцю проскользнули к себе в дыру. Но открывая занавеску, он не обнаруживает и следа обоих Цю, на беспорядочно разбросанном поролоне лишь коробка из-под мелков и две белые мышки, рядом с ними сидит слизывающий с себя капли крови кот. Дыра залита соседним светом, он видит две знакомые ножки.

Колеблется он по части того, стоит или не стоит лезть в дыру.

Только он просунул верхнюю половину тела за стенку, как на затылок ему с тяжелым ударом опускается дубинка.

Когда он очухивается, то обнаруживает, что верхняя половина его тела лежит ничком дома у Ту Сяоин. Его лицо хаотично обсыпано раздробленными мелками и остатками расколотой коробки из-под мелков. А нижняя половина тела так и осталась в пещере дома у косметолога. Верхняя часть пробитой насквозь стены напоминает вздернутый резак, готовый в любой момент упасть и перерубить его пополам.

Он слышит, как Ту Сяоин нашептывает проклятия:

— Скотина! Пес! Ладно еще ты прикинулся моим мужем и обманом взял меня… Но еще и сына своего подучил… Увел у меня дочь… Фугуй! Открой глаза, погляди, какие добрые дела твой товарищ натворил…

Вопреки всему он лезет на эту сторону. Ту Сяоин машет скалкой, обороняя свои позиции. Чтобы хоть как-то поберечь голову, он вынужден поднять руки и махать ими перед лицом. Бьются друг о дружку со звонкими шлепками и хлопками махающие руки и махающая скалка.

Продолжая отбиваться, она кричит:

— Верни мне дочь! Дочь верни!

Учитель физики не выдерживает, подбирается, выбивает скалку, крепко хватает ее за талию и укладывает на постель. Ее рука наугад рыщет у кровати, а там как раз переливаются остренькие ножнички.

Инстинкт выживания понуждает его вскочить, как только он замечает в руке Ту Сяоин ножнички. Ее льняные волосы похожи на льняное пламя – Если бы волосы у нее были черными, то это было бы черное пламя – Из ее рта вместе с молочным запахом льется поток брани – Учитель физики поднимает глаза и видит все еще висящую в изголовье кровати свадебную фотографию. Улыбается ему с фотографии молодой учитель физики. Приближается к нему обуреваемая яростью Ту Сяоин с фотографии с ножницами в одной руке и другой рукой на груди.

Учитель физики медленно поднимает обе руки и бормочет себе под нос:

— Сяоин, любимая… Не Чжан Чицю я… Я твой муж…

Он садится на колени у ног Ту Сяоин и чудесно-чудовищным образом начинает, звучно глотая, запихивать себе мелки в рот.