Онлайн книга «Чесночные баллады»
|
Председательствующий сел, видимо, утомившись, снова глотнул чая и проговорил сиплым голосом: — Согласно статье 113 части 1 главы 2 раздела 3 Уголовно-процессуального закона КНР стороны по настоящему делу имеют право заявить отвод членам судебной коллегии, секретарю, государственному обвинителю; обвиняемые вправе выступать в свою защиту. Слова Председательствующего Гао Ян местами понимал, отчасти не понимал. Он весь сжался, сердцебиение то разгонялось, то замедлялось, и, хотя Гао Ян понимал, что мочиться нечем, ему неотложно требовалось сходить по-маленькому. Гао Ян изогнулся телом, чтобы снять мощное напряжение, но Толстый и Тонкий полицейские тихо сказали, что дергаться нельзя. — Ну что, есть у нас отводы? – вяло поинтересовался Председательствующий. – Нет? Хорошо, тогда пускай выступит Обвинитель. Поднялся Обвинитель. Глотка у Обвинителя схлопнулась, отчего голосок стал пронзительным и тонким, Гао Ян на слух понял, что этот человек был не из местных. Гао Ян всецело посвятил себя разглядыванию молниями забегавших губ Обвинителя, смотрел, как хмурились брови Обвинителя, и потихоньку забыл о том, что ему хотелось помочиться. Обвинитель что-то бубнил, но Гао Ян мало что понимал из его слов, ему казалось, что описываемое в обвинительном заключении к нему лично никакого отношения не имело. Председательствующий отставил чашку. — Теперь переходим к судебному разбирательству. Обвиняемый Гао Ма, в первой половине дня 28 мая выкрикивал ли ты реакционные лозунги, подстрекал ли толпу громить уездную управу? Гао Ян повернул голову, чтобы взглянуть на Гао Ма, стоявшего за решеткой в дальнем конце. Гао Ма смотрел вверх, туда, где вертелся потолочный вентилятор. — Обвиняемый Гао Ма, ты понял вопрос суда? – чуть громче огласил Председательствующий. Гао Ма выровнял голову и посмотрел прямо в глаза Председательствующему. — Ненавижу вас! — Ненавидишь? За что нас ненавидеть? – с горькой усмешкой отозвался Председательствующий. – Мы действуем на основании фактов, руководствуемся законом, хороших людей просто так не обвиняем, а дурных просто так не отпускаем. Если ты отрицаешь причастность к этим событиям – ничего страшного, приглашаем Первого свидетеля. Первый свидетель оказался белолицым парнем. Встал он на трибуну для свидетелей, одной рукой беспрестанно теребил полы пиджака. — Первый свидетель, как тебя зовут? Где ты работаешь? — Я – Ван Цзиньшань, работаю шофером в уездной управе, вожу людей. — Свидетель Ван Цзиньшань, расскажи, как все было. За лжесвидетельство по закону грозит ответственность, тебе это ясно? Свидетель закивал. — Утром 28 мая я вез гостей начальника уезда Чжуна на вокзал, по возвращении попал в пробку метрах в пятидесяти к востоку от уездной управы. Видел я, как преступник Гао Ма вскочил на коровью повозку и крикнул: «Долой продажных чиновников! Долой бюрократов!» — Свидетель свободен. – Председательствующий обернулся к Гао Ма. – Тебе еще есть что сказать? — Ненавижу вас! – холодно повторил Гао Ма. Судебное разбирательство тянулось очень долго, ноги у Гао Яна беспрестанно дрожали, а в голове помутилось. Когда Председательствующий стал опрашивать его, Гао Ян заявил: — Начальник, я сказал все, что хотел сказать, не надо больше вопросов. У Председательствующего изо рта брызнули слюни. |