Онлайн книга «Чесночные баллады»
|
Гао Цзиньцзяо удивился. — Так вот оно как? Тогда водителя надо упечь в тюрьму, а с владельца машины получить для вашей семьи компенсацию за потерю кормильца! Что это был за автомобиль? — Волостного правительства, там сидел секретарь Ван Ань, – ответил Гао Ян. Гао Цзиньцзяо изменился в лице и строго проговорил: — Гао Ян, не говори глупости! Ты уверен, что все разглядел? — Дядя, это не глупости. Машина волостного правительства едва успела промчаться, как у нее вода из радиатора полностью вытекла, им уже не на чем было ехать. Я бегал и причитал вокруг четвертого дядюшки, а тут вернулись секретарь Ван и водитель Чжан. Водитель с головы до пят трясся, от него пахло алкоголем. Секретарь Ван все успокаивал его: «Малой Чжан, не бойся, я с тобой». Секретарь Ван спросил, из какой я деревни, я ответил. До меня донесся долгий облегченный выдох, и секретарь Ван заявил: «Малой Чжан, ты не бойся, это крестьяне из нашей волости, все решим, денег им дадим – и дело с концом!» – пробубнил Гао Ян. Гао Цзиньцзяо отчеканил: — Гао Ян, отвечай за свои слова! Ты номер машины видел? Если нет – хватит воду мутить. — Так это же было черное авто, у таких номеров вообще не бывает, они днем ездить боятся, только по ночам катаются! – злобно проговорил разводчик попугаев Гао Чжилэн. – А водитель этот – младший братец жены Ван Аня, он раньше тракторы водил, у него нет документов на вождение автомобилей! Гао Цзиньцзяо взревел: — Гао Чжилэн! Гао Чжилэн вытаращил глаза. — А чего тут такого? Пытаешься мне рот заткнуть? Ты его, может, боишься, а я – совсем нет! Мой дядя по матушке – замначальника орготдела в горкоме, для меня Ван Ань – что пушок под хреном! — Так вот какие у тебя дяди! Значит, тебе нечего бояться, болтай что хочешь. – Гао Цзиньцзяо повернулся к братьям Фан. – Это непростое дело, я – сельский староста, не моя это забота, делайте что хотите, у меня к вам только два требования: во‐первых, труп надо кремировать, такое положение действует в уезде; во‐вторых, продайте говядину и не забудьте передать в сельком десять юаней на административные расходы, такое положение действует в волости. — Старший брат Фан, второй брат Фан, тряпки вы никчемные! – крикнул Гао Чжилэн. – Везите тело папы вашего в волость, посмотрим, что Ван Ань сделает! Старший брат Фан колебался, а вот второй брат Фан с решимостью во взгляде заявил: — Пойдем, старший брат! Цзиньцзюй, ты за домом присмотри, а ты, матушка, с нами поедешь! Старший и второй сыновья стащили старикашку с повозки. Старикашка дохлым псом повалился на землю. Я сказала: — Второй сын, обожди, я переодену вашего папу, у него есть новенький ватник, пускай наденет, чтобы предстать перед властями в лучшем виде… Второй сын заявил: — Человек уже умер, какая, на хер, разница, как он выглядит! Второй сын стащил дверцу с петель, старикашку перенесли и уложили на нее вниз лицом. Я заметила: — Второй сын, пусть папа лицом вверх будет. Второй сын перевернул отца лицом к Небу, и два глаза мертво уставились ввысь. Добрый Гао Чжилэн сходил домой и вернулся с веревкой и перекладиной, и отца крепко привязали к двери. Старший сын, прихрамывая, вышел вперед, второй сын с прямой спиной пристроился сзади, и сыновья понесли отца к волостному правительству, а я пошла позади. За мной неловко плелись все наши односельчане. Пошел с нами и этот выродок Гао Ма, но что тут поделаешь, ведь он как-никак нам со старикашкой зятем приходится, муж он нашей дочери. Гао Ма подошел к старшему сыну и перехватил у него перекладину. Гао Ма и второй сын были одного роста, так что дверца тотчас же выровнялась, а голова моего старикашки больше не болталась из стороны в сторону. Добравшись до волостного правительства, мы без спроса пошли через ворота, Гао Ма их только плечом толкнул. Во дворе волостного правительства ни одного человека не нашлось, и только большой пес, сидевший в дверях кухни, встретил нас лаем. Убившая моего старикашку машина стояла во дворе, позади нее находилась повозка, полная зеленых побегов чеснока. Перед машины был весь в крови. |